— Вы прекрасный учитель, — польстила ему я.
— Нет, это все вы и ваша мышечная память. Ей просто нужно было проснуться, — он вернул мне лесть. — А дальше, полагаю, будет только лучше.
У меня действительно и дальше получалось все неплохо. Были, конечно, и промахи, но в целом со стороны все смотрелось не хуже, чем у Вилмы. Стэйси тоже пыталась научиться стрелять, с той лишь разницей, что она не скрывала, что не умеет этого делать. Для этого ей даже выделили наставника, и они тренировались на отдельной мишени.
Спустя какое-то время Говард вынужден был отлучиться, но заверил, что еще вернется к обеду.
Я же, почувствовав неимоверную усталость, захотела немного отдохнуть. Но единственным местом, где я могла присесть, была беседка с Кэйхарром. После долгих колебаний я все же решила присоединиться к нему: уж очень манил к себе графин с холодным пуншем, который стоял там на столике.
Кэйхарр встретил меня молчаливым взглядом.
— А почему же вы не стреляете? — беззаботно поинтересовалась я, наливая себе пунша.
— Это не мое развлечение, — хмуро отозвался он.
— Я успел настреляться сполна в другом месте.
Меня заинтриговало его уточнение, но я не стала проявлять любопытство. Мне, конечно, нравилось вставлять ему шпильки, но все же были темы, в которых следовало проявить такт. Я почему-то была уверена, что Кэйхарр имел в виду охранные гарнизоны и службу на тех опасных территориях.
— А как же вы любите развлекаться? — спросила вместе этого. — Дайте догадаюсь. С неудержимой яростью оборонять свое семейное состояние, а с ним и свое мужское достоинство от коварных девиц?
— А разве это невесело? — парировал он.
При этом на его губах не появилась даже тень от улыбки, хотя тон просто пропитан был ядом.
— У каждого свои развлечения. — Я пожала плечами и присела на скамью. К счастью, между мной и Кэйхарром стояла корзинка с Мармалетой. Дракокошка сразу потянулась ко мне, требуя, чтобы ее погладили.
— Согласен, — Кэйхарр кивнул. — Например, ваше любимое развлечение — лгать.
— О, в этом вы меня уже разоблачали, — махнула я рукой.
— Повторяетесь.
— И все же вы продолжаете это делать. Например, вы опять солгали. В том, что умеете стрелять из лука. — Тут он все же изобразил ухмылку.
— А вы продолжаете преувеличивать, — усмехнулась я, не теряя самообладания. — Это не ложь, а маленькая хитрость."
"— Простите, не сразу понял. Хитрость, чтобы соблазнить Говарда? — тон Кэйхарра оставался вроде как равнодушным, но нотки напряжения в нем все же слышались. — Спешу вас огорчить.
