Но теперь гастроли отменены из-за карантина в связи с резким обострением идиотизма у мужа. Так что займемся насущными делами.
– Прости, малыш, – я погладила лошадь по морде и начала седлать.
Самое забавное, если супруг меня поймает, мне никогда не объяснить этому ревнивому козлику, что я не к любовнику собралась под покровом ночи. Как же он меня достал!!! Это Мия его не любила, грезила Ником, а достается мне. Сердце сжалось от боли. Я сделала глубокий вдох, унимая слезы. Не время для истерик. Лучше подумаем о хорошем.
За неимением нормальных поводов буду радоваться хотя бы тому, что я знаю, какую фиговину подарить мужу на юбилей, день рождения или что у них тут принято праздновать. Рога! Настоящие, оленьи или лосиные.
На худой конец шапочку свяжу с рожками. Раз уж он так уверен, что я ему изменяю направо-налево, в ползке и прыжке. Скажу, что это рожки этих, которые с демонической кровью. Но сама-то буду знать истинную подоплеку подарка и тихонько поглумлюсь над всей этой чертовщиной.
Я вывела коня за ворота, обернулась и залюбовалась виллой. Потом села на него и помчалась в ночь.
Она меня, как всегда, очаровала и вдохнула какие-то силы, о наличии которых днем не задумываешься. С темнотой они просыпаются в тебе чем-то первобытно-мощным, по-хорошему звериным, зажигая глаза загадочным блеском, наполняя душу Силой и даря тебе весь мир.
В такую ночь хочется именно этого – повинуясь счастью, взметнувшемуся в крови колдовским фейерверком пузырьков, нестись вперед на резвом жеребце, позабыв обо всем на свете.
Отдаться внутреннему зову, чувствуя, как шлейф из темноты роскошным плащом развевается за твоей спиной!"
"Тем более, что ночь, интриганка, сегодня была совершенно земной. Две луны отдыхали, по небу с важным видом плыла третья, как и на Земле, единолично властвуя на бархатно-сиреневом ледяном куполе. Даже по морской глади, простирающейся до непроглядной черноты на горизонте, струилась золотой змеей всего одна дорожка из пролитого на воду небесного серебра.
Любуясь красотами, я заметила, что мое четвероногое такси доставило хозяйку-ниндзя до места, лишь когда увидела развалины, темнеющие на вершине холма, к которому вела дорога. Глянула ведьмовским оком и натянула поводья от неожиданности.
Торнхельм полыхал, будто новогодняя елка! Яркое магическое сияние до боли напоминало неон, пронизывающий земные города, которые никогда не спят, своим мертвенным светом.
