И главное, получилось – такие всплески моей магии говорили о том, что она ко мне возвращается.
Искорка жизни в нашем бедолажке еще горела, но уже начинала потихоньку затихать, притягивая прозрачно-серые эманации, кружащие кругом. Невидимые обычному человеческому взору, они, падкие на дармовщинку полакомиться остатками чужой энергии, были похожи на кляксы с щупальцами.
– Брысь, – я махнула рукой, отгоняя их.
Нечего вам тут делать, этому карапузику еще предстоит прожить свою жизнь, нечего зариться на чужое!"
"– Что с ним, мамочка? – Лили шмыгнула носом, хлопая мокрыми ресничками.
– Он просто сильно ударился, дочка, – пробормотала я и тут же прикусила язык – и буквально, и метафорически.
И не заметила ведь, как назвала ее дочкой! Черти радикулитные, это не мои дети! Нельзя об этом забывать! И привыкать к ним нельзя. Я же хочу вернуться в свое тело, на Землю, домой! Всем будет лучше, если включу мозги и буду держаться на расстоянии и малышей, и Туанара.
– Принеси мне пиджак брата, – попросила малышку, – на нем перенесем малыша в дом.
– Ты его вылечишь? – просияла кроха, и заплаканные глазенки наполнились надеждой.
Конечно, ведьма я или метелка лысая? Покосилась на довольную девочку, которая затопала к брату, и скатала большим и указательным пальцем золотой шарик.
– Мама его вылечит! – услышала ее звонкий голосок и положила сгусток света на спинку бурундучка.
Много сразу не стоит, если зверюшка подскочит и упрыгает обратно в дупло, даже у детей возникнут вопросы.
А вот столько в самый раз, чтобы повреждения внутри почти затянулись, и малышу было не больно. А дальше организм пушистика справится сам.
Снова глянула, как ведьма, и удовлетворенно улыбнулась, увидев, как от искорки в теле крохе потекли крохотные ниточки, залечивая отбитое нутро.
– Вот, – Лили протянула мне пиджак Дарта.
– Спасибо, солнышко, – я расстелила его на траве и, подождав немного, крайне бережно переложила на него своего первого в этом мире пациента – тогда еще не зная, что он будет не единственным.
***
Туанар к ужину не успел, прислал коробку с ассорти шоколадных конфет как извинение и заставил меня умилиться – он еще и трудоголик пополам с джентльменом! Неужели я нашла идеального мужчину? Но следом внутри кольнула ревность – которую никто не звал и не спрашивал о ее мнении.
