Какого цвета убийство?

– О, это любители подумать. Некоторые считают, что «синих» труднее всего интерпретировать. Но когда человек сидит и размышляет, он тоже демонстрирует определенный образец поведения, который можно истолковать. «Синие» просто-напросто сначала думают, а потом действуют.

– А «желтые» стреляют от бедра?

– Чаще всего. Если, конечно, их не опередили «красные».

– Любопытно, – задумчиво протянула Нина, – нет ли и во мне «красного»? Я обычно тороплюсь вперед паровоза.

– «Красное» поведение проявляется в том, как человек справляется с трудностями.

Он кидается вперед. Решает проблемы и преодолевает препятствия не моргнув глазом. А когда работа заходит в тупик, выступает вперед и берется за дело.

Инспектор Мандер улыбнулась.

– Очень подходит нашему комиссару. Должна сказать, что он человек совершенно бесстрашный.

Алекс отпил глоток воды.

– Полагаю, у него нет проблем с авторитетами. Любого может заткнуть.

Нина наконец разрезала свой кусок мяса и скептически оглядела его. Классическая средняя прожарка.

Принимая заказ, официант забыл уточнить, как приготовить стейк, но ее, похоже, все устроило.

– Я всегда удивлялась, как он может так часто и откровенно противоречить полицмейстеру. Я ему и слово боюсь поперек сказать – как-никак высокое начальство. А комиссару на это как будто наплевать.

– Должности не производят на «красных» никакого впечатления. А вот «желтые» черты особенно ярко проявляются в том, как человек взаимодействует с другими. Эти коммуникации им своего рода управляют.

Фредрик нечасто просит людей заткнуться, но сделает это, если возникнет необходимость.

– Как могут два брата быть такими разными?

Она покачала головой, бросив короткий отрешенный взгляд в окно.

– Ничего общего. Она, пожалуй, «зеленая».

– «Зеленое» поведение особенно заметно в том, как человек воспринимает изменения. Он…

Нина смахнула со лба невидимый волосок и не дала ему договорить.

– Мне кажется, я крайне склонна к изменениям. Наверное, я все же «зеленая».

Алекс замер, подавив улыбку, грозившую прорваться в самый неподходящий момент.

Нина сложила руки на груди: так она защищалась от собственной неправоты в разговоре. Распространенный жест человека «в домике».

– Я очень люблю изменения, – наконец сказала она.

– Если б ты могла спросить о переменах Фредрика Хельмарка, он, вероятно, вторил бы тебе в унисон. В десятой степени.

– А он-то что может об этом знать?

– Его стремление к новому сильно превосходит твое собственное.