Какого цвета убийство?

 – Но разве вас тогда звали Роос? Признаться, вы показались мне смутно знакомым, но вот фамилии не узнал.

Юнас Роос покраснел.

– Тогда я был Юнасом Магнуссоном. Роос – это фамилия моей жены.

Он коротко кивнул, поправил пиджак и вышел из ресторана, спешно пролавировав мимо столиков. Его плотная спина в дорогом пиджаке исчезла из виду, как только он перешел дорогу и смешался с толпой.

«Проклятье», – только и подумал комиссар полиции, оставшийся со счетом почти на шестьсот крон.

Идя быстрым шагом обратно в свой офис на Биргер-Ярлсгатан, Юнас Роос ни разу не обернулся.

Просто не было сил на секреты и шарады. Ему придется принять решение по поводу того, как действовать дальше. Вся эта история с раком Мари застала его врасплох.

Письмо от доктора Бергстрёма нельзя было истолковать никак иначе. Мари умирает. Такого фактора не было в его расчетах. Сколько времени на это потребуется? Это могло произойти быстро, но могло и затянуться. Неделя? Месяц? Полгода? Процесс умирания от болезни – непредсказуем. Иногда рак и вовсе рассасывается сам по себе – ко всеобщему удивлению…

Юнас шел в полной прострации и чуть не врезался в машину, свернувшую со стороны Брюнсгатан.

Да-да. Сам разуй глаза, урод. Вокруг него люди спешили на обед или уже с него, он же не обращал на них никакого внимания. Стоило ему поднять глаза, и он сразу же столкнулся бы с кем-нибудь из знакомых, а этого ему сейчас совершенно не хотелось.

Конечно, ему было жаль Мари. Он по-прежнему хорошо помнил ее первую встречу с болезнью. Это было всего несколько лет назад, и тогда Юнас страдал не меньше, чем она.

Сидел рядом во время процедур, держал ее за руку, плакал вместе с ней.

Именно тогда что-то изменилось в его чувствах. Само собой, он любил ее, когда женился на ней. Наверняка любил, иначе не подписал бы брачный контракт. Но вместе с тем он уже не помнил, что именно испытывал, – не мог вызвать в себе то теплое прекрасное чувство, которое большинство людей называет любовью. Мари – прекрасная женщина во всех отношениях, красивая, хорошо сохранившаяся для своего возраста.

И совсем не склонная к снобизму. Правда, она родилась в семье снобов, и они воспитывали ее по своему вкусу. Конечно же, она ходила в частные школы, имела личного шофера, еще в детстве объехала полмира, побывав в Альпах, в Ницце, в Куала-Лумпуре и бог знает где еще, куда таскали ее за собой родители. Однако от этого она не стала считать себя пупом земли. Оставалась открытой, веселой и с уважением относилась к другим людям.