Kalip

Лицо Аршада опять поменялось, он задумался и, не смотря на Максуда, спросил:

— Его осматривали врачи?

— Да, он полностью здоров.

— Ты знаешь, я не об этом спрашиваю.

— Он никогда не спал с мужчинами. Он девственник.

Пальцы Аршада пробарабанили по столу. Затем он встал и молча удалился в свои покои. Гифар и Максуд последовали за ним, многозначительно переглядываясь за его спиной.

Уже вечером Максуд, как обычно, зашёл к Аршаду уточнить, кого он сегодня пожелает видеть в покоях любви.

— Мальчишку, хрупкого, невысокого, пусть будет кудрявым.

Почему-то Максуда это даже не удивило, он с невозмутимым лицом поклонился и вышел.

Когда Аршад зашёл в покои для любви, там стоял юноша лет двадцати — двадцати двух, худенький, невысокий. Аршад быстро подошёл к нему, затем остановился, понимая, что это не он…

Не так изящен, лицо другое, хотя и красив; волосы кудрявые, пусть это и завивка, да и крашенные под чёрный цвет; глаза зелёные, но он увидел, что это всего лишь линзы.

— Подделка, — разочарованно выдохнул Аршад.

Юноша не растерялся, уловил момент его замешательства и опустился на колени перед ним.

Аршад запустил руку в его волосы, почувствовал кудрявые локоны, закрыл глаза и увидел его глаза, блестящие, как изумруды.

— Да, можно…прикоснись ко мне, — уже сбивчивым дыханием проговорил Аршад, почувствовал пальцы на своей возбуждающейся плоти, вспомнил его тонкие пальцы, обнимающие кубок с вином, и сладкая боль прошла по его телу.

Всю ночь он ласкал его волосы, обнимал и прижимал к себе.

Обманывая себя, что это тот, кого он так хотел.

Почему Аршад в эту ночь не стал его требовать к себе? Этот пленник задел в нём что-то такое, что сейчас останавливало его от желания обладать им. Он решил подождать. Он ради него согласился на подделку. Аршад злился на себя, на свои поступки, пока не понимая, почему он так себя повёл. Ведь он всегда брал то, что хотел, а сейчас он отступил от своего правила.

***

В этот день Кай странно себя чувствовал.

Этот взгляд Аршада, он преследовал его везде, не давая сосредоточиться на книгах, затем преследовал и всплывал в памяти, пока его держали в ваннах и намазывали маслами. Даже играя в приставку, он видел перед собой эти жгучие глаза, пронизывающие его насквозь.

Перед сном зашёл Максуд, они, как обычно, поболтали, хотя Максуд заметил, что Кай печален и задумчив.

— Максуд, принеси мне, пожалуйста, что-нибудь для сна из твоих волшебных настоек.