Kalip

— Мой мальчик, тебе нужно поесть.

Евнух присел на его кровать и, взяв его за плечи, стал приподнимать.

— Я не хочу есть, — голос прозвучал хрипло, значит, он всё-таки его вчера сорвал этим пением, понял Кай.

Максуд тоже это услышал и нахмурился.

— Тогда выпей лекарства, тебе станет легче, и для голоса я сейчас приготовлю целительное снадобье, за несколько дней всё восстановится.

— Я не буду ничего пить. Оставь меня.

Кай отвернул голову от евнуха и безжизненным взглядом стал смотреть в противоположную сторону.

— Я хочу вернуть тебе то, что ты вчера потерял, — Максуд достал крестик, но уже на новой цепочке.

Взгляд Кая оживился, Максуд надел ему крест обратно на шею.

— Спасибо, — прошептал он, а затем его взгляд опять потух, и он отвернулся.

Максуд тяжело вздохнул и пошёл в покои к Шейху.

Аршад ждал его прихода.

Евнух слишком хорошо изучил своего господина, и хоть тот и ничем не выражал своего нетерпения, но Максуд видел, что Шейх весь на взводе.

— Как ваше здоровье, мой повелитель? — евнух почтительно склонил голову.

— Хватит, Максуд. Как он? Что ты молчишь? Говори!

— Он сорвал голос, хрипит. Но это не самое плохое. Голос я ему восстановлю.

— А что плохое…

— Он ничего не хочет. Отказывается есть и пить. Но это нормально в его положении после всего произошедшего. Тем более, он же не знает, будет сегодня продолжение или нет.

Аршад решительно пошёл к двери, Максуд и Гифар молча последовали за ним.

"Идя по огромным коридорам и просторным залам, Аршад думал, что вчера, наблюдая за тем, что делают на его глазах с Каем, он не испытывал удовольствия, возбуждения, азарта, как это бывало раньше при таких его развлечениях. Вчера ему было больно и тяжело всё это наблюдать, но он не мог остановить сам то, что начал. Он ждал, когда Кай взмолится о пощаде, и тогда он бы его пощадил. Но этот юноша слишком сильный и мужественный, он не попросил пощады, он дрался, сопротивлялся и молчал, а Аршад не знал, что ему делать, сходя с ума от того, что руки этих мужчин на его глазах трогают тело того, к кому он сам так хотел прикоснуться.

Войдя в покои Кая, он подошёл к его кровати и, нагнувшись, аккуратно повернул его лицо к себе.