Шум снаружи усилился, и я, погасив пульсар, тут же кинулся к окну, чуть отодвинув в сторону штору, всматриваясь в контуры округи дома, в котором мы оказались, через полог ливня. Первые мгновения ничего не было видно, а затем мимо моего окна мелькнул скрюченный мертвенно-синий силуэт в обрывках одежды, заставив меня отшатнуться от окна. Значит, они прорвали оборону! Схватив книгу, карты, увесистый кошелёк с деньгами и подделанными картами, а так же липовые документы, я засунул их в объёмный рюкзак и принялся нашёптывать заклинание водонепроницаемости.
Если карты размоет, я потеряюсь в этом огромном мире и мне настанет конец! Шум всё усиливался, слышался грохот – они ломали двери дома. Значит, времени у меня меньше пяти минут.
Схватив рюкзак и вылетев из маленькой комнаты, я кинулся бегом по коридорам, едва дыша от ужаса. Привычного ужаса. Такой побег не первый в моей скромной и совсем недолгой жизни. Но каждый раз сердце схватывают ледяные лапы кошмара, и я начинаю жалеть о том, что не умею летать.
Я каждый вечер молюсь Куарту о том, чтобы эта кровавая война между двумя фракциями, затеянная во имя него, наконец, закончилась, но мои мольбы жестокому божеству наверняка не слышны. Грохот проносится по дому, и я слышу визгливый смех – они прорвались! Быстрее, чем я ожидал!
Перелетая через лестничные пролёты с западной стороны, я добрался до винтовой лестницы, что спрятана за крохотной дверью, в которую мне нужно пролезать едва ли не на четвереньках, и вновь прыжками начинаю спускаться вниз, в очередной раз радуясь тому, что двигаюсь беззвучно, как и полагается моей натуре.
Наверху слышатся вопли, рёв – наши враги в ярости, они перероют весь дом перед тем, как найдут этот ход. А я должен быть уже далеко! Должен. Сбежав вниз по лестнице и скользнув по тёмному подвальному помещению к очередной низкой дверце, я выскользнул в узкий проход. Теперь главное добраться до другого конца. С двух сторон был тупик, а я слышал грохот наверху. И он был такой, что сердце у меня замирало, а уши закладывало.
Неужели они привели за собой ликантропа? Мне с ним не сладить, даже если я приложу все силы, собранные за две недели заключения в этом доме. Протиснувшись и протащив за собой рюкзак в конец коридора, к тупику, я принялся беспорядочно водить руками по стене, лишь бы они не унюхали нужный порядок. Наконец, нажав на нужные камни, я скользнул в очередную узкую, маленькую дверцу, едва протащил за собой рюкзак и закрыл за собой проход.
