Это его не останавливало сейчас - он должен был хоть раз в жизни постоять за себя сам, став достойным своего брата. Он никогда не оставит Джинджера, но не позволит ему так обращаться с собой, даже если некогда прекрасное лицо и дальше будет пересекать уродливый шрам.
Вампир слизнул кровь с предплечий и поднял хищный, полный ненависти и злобы взгляд на юношу, расправив плечи и оскалив клыки. Сверкнули алые глаза в отсветах камина.
- Если я тебя сейчас поймаю, Элерион, я сделаю так, что ты не сможешь сидеть ещё месяц, да и лежать не сможешь ещё очень долго.
А я тебя поймаю, сучонок. И отдеру по полной программе."
"Его голос дрожал от ярости, пока он шаг за шагом надвигался на обращённого. Элерион выжидал, чуть склонившись и держа полусогнутые руки перед собой, готовясь защищаться или атаковать, бежать или падать. В горле всё пересохло от запаха крови, а сердце ёкнуло в груди. Он сам сейчас разрушает остатки того, что можно было назвать отношениями, которые и так были на ножах.
Джинджер метнулся к нему первым - быстро и резко, готовясь ударить по эльфу. Элерион стоял до последней секунды, а затем легко ушёл под рукой мужчины, споткнувшись и перекатившись через плечо. Поднявшись на ноги, он едва успел уклониться от удара острых когтей мужчины, задевших его спину. Оттолкнувшись от стены, Элерион шагнул навстречу мужчине и ударил в ответ на его удар, отбив его руку в сторону и полоснув когтями по груди. Рыкнув так, что задребезжало стекло, мужчина едва не схватил юношу за золотые кудри, но тот вновь ускользнул.
Хищный, загнанный взгляд зверя не укрылся от вампира, и тот с удовольствием почувствовал запах страха и ужаса своей жертвы. Он не будет убивать его, но он будет мучить его. Очень и очень долго. Так, что юноша забудет не только своё лицо, но ещё и имя, забудет обо всём и будет помнить только то, кто его хозяин, кто его мастер и кто его единственный любовник, которому он будет подставлять свою задницу.
Не дав эльфу проскользнуть под своей рукой вновь, Джинджер схватил его за волосы и дёрнул к себе.
Судорожно вздохнув, эльф опал на пол и попытался рвануться из рук тирана, что у него не получилось - слишком больно, слишком унизительно. Сколько бы он от него не убегал - результат всегда один. Джинджер победоносно улыбнулся и опустился на корточки рядом с притихшим эльфом:
- Ну что, мразь, доволен?
Едва поймав полный ненависти и боли взгляд, Джинджер осёкся и не успел уклониться.
