Камея римской куртизанки

– Это он! Это человек из музея! По нему можно часы проверять! – Светлана поднялась и вышла в коридор.

Анна отчего-то почувствовала беспокойство. Она крикнула вслед сестре:

– Спроси, кто там! Не открывай дверь просто так!

Беспокойство не оставляло Анну. Она направилась в прихожую следом за сестрой.

Светлана подошла к двери и спросила:

– Это Арсений Ильич, из Музея современного искусства!

Светлана открыла дверь. В квартиру вошел слегка сутулый мужчина средних лет, с длинными темными волосами, в очках с большими, слегка затемненными стеклами.

Он улыбнулся Светлане странной, словно ускользающей улыбкой и еще раз представился:

– Арсений Ильич! А вы, стало быть, Светлана Игоревна.

– Совершенно верно. Проходите, пожалуйста.

Тут гость увидел в глубине прихожей Анну, и по лицу его промелькнула некоторая растерянность.

– А это моя сестра… моя единокровная сестра, Анна Игоревна! – представила Светлана.

– Ах, вот как… очень приятно! – Мужчина подошел к Анне, внимательно взглянул на нее.

– Вы похожи! – проговорил он, чуть прищурившись.

– Что вы! Прежде никто этого не говорил. – Анна сдержанно улыбнулась.

– Поверьте мне! У меня взгляд искусствоведа. Я замечаю то, что другие люди не видят.

Он отвел взгляд от Анны, поправил очки и принялся разглядывать развешанные по стенам картины.

– Прелестно, прелестно… вот это, наверное, Карпенко? Ну да, точно, ранний период… а где же то, ради чего я приехал? Где «Красный параллелепипед»? Простите мою настойчивость, но мне не терпится ее увидеть.

– Пойдемте, эта картина висит в гостиной.

Мужчина быстро пошел вперед, обогнав Светлану.

Анна удивленно взглянула на него. Казалось, он хорошо ориентируется в этой большой и запутанной квартире, как будто уже бывал здесь. И бывал не раз. И еще ей показалось, что она уже видела этого человека. Эта чуть скованная походка, поворот головы… да нет, откуда, у нее никогда не было знакомых искусствоведов…

Все трое вошли в гостиную, и гость прямиком устремился к большой картине, висящей в простенке между окнами:

– Вот она! Какая мощь! Какие краски!

Он остановился перед картиной, снова поправил очки, сложил руки восторженным жестом и повернулся к Светлане:

– Замечательно! Просто замечательно! Это наверняка одно из лучших произведений Биневича! Но я хотел спросить вас, Светлана Игоревна.