Камея римской куртизанки

– Это что? – Она кивнула на бумаги.

– Представляешь, нигде нет никаких сведений! – оживился он. – Только в старых архивах кое-что нашел! А в Дальнереченске этом вообще меня подальше послали, говорят, что не было у них таких случаев!

– Петя, – Дуся погладила его по плечу, – отвлекись ты от своих маньяков. Давай подумаем о конкретных наших делах.

– А? – Понемногу лицо его приобрело свой обычный вид. – Да, ты права, наверное. Извини, все на тебя свалил…

– Вот я кое-что выяснила, так что будет о чем начальству доложить.

Как раз идти нужно, начальник из управления вернулся, Софья Павловна сказала, скоро вызовет.

– Слушай, а вот как она знает? – спросил Лебедкин. – Понимаешь, это раньше, когда Медведкин у нас был, то Верка-секретарша за ним замечала. Если правой рукой дверь кабинета открывает – то все хорошо. Если левой – жди неприятностей. А уж если ногой распахивает – то надо быстро под стол нырять, а сотрудникам – кому куда прятаться, грядет буря. А этот наш новый – ну он просто робот какой-то. Всегда на все пуговицы застегнут, взгляд равнодушный, голос негромкий… как Софья что-то может там разглядеть?

– Да никак, – Дуся пожала плечами, – он приехал и сам ей велел: «Вызовите ко мне Лебедкина к трем часам».

А она меня в коридоре встретила и сказала. Так что брось все и слушай, что я выяснила насчет нападения на Алену Козлихину. И богом тебя прошу, Петька, не болтай там ничего про серийных убийц и маньяков. Докладывай только по делу!

Начальник выслушал доклад Лебедкина и сказал, по обыкновению безо всякого выражения, как робот:

– Санкционирую задержание подозреваемого Штукина.

Разрешаю вам лично присутствовать при этом задержании, чтобы провести допрос непосредственно по горячим следам.

– То есть как это – присутствовать? – недовольно переспросил Петя. – А кто же его задерживать будет?

– Как – кто? – Начальник недовольно поморщился, что уже можно было расценить как необычное для него проявление эмоций. – Само собой, задерживать его будет опергруппа, как и положено по протоколу.

Для того она и предназначена…

– Да какой там протокол! – взвился Лебедкин. – Что мы его – сами не можем оприходовать? Шантрапа мелкая, натуральный ботаник… зачем опергруппу беспокоить?

Дуся, которая тихонько сидела рядом с напарником, ткнула его в бок. Мол, опять за свое взялся, начальству перечишь.

Лебедкин мрачно покосился на нее и пробормотал что-то невнятное.

– Хоть ботаник, хоть зоолог – никакой разницы. У нас представители всех профессий равны.