Камердинер, который любил меня

У него не было выбора: пришлось подчиниться.

Они пробрались к правому краю ряда палаток, ближайшему к деревьям, быстро перебежали небольшое открытое пространство и спрятались под низкими толстыми ветками. Марианна всем сердцем надеялась, что в темноте их никто не заметил, но все же, оказавшись в относительной безопасности, пригнулась и жестом велела брату сделать то же самое. Так, прячась за деревьями, они прошли мимо палаток и, наконец, увидели французскую вечеринку уже в самом разгаре.

Взгляд Марианны скользнул по толпе, но Белла там не было, и она с облегчением вздохнула, надеясь, что он тоже прячется где-то за деревьями и наблюдает за развитием событий.

Тут как раз началось настоящее представление. Солдаты встали в шеренгу и строевым шагом пошли вокруг костра, затянув французскую песню, слов которой Марианна не разбирала."

"Она несколько секунд в недоумении наблюдала за действом, пока один из солдат, очевидно, основательно поднабравшийся, не споткнулся. Рухнув на землю, он нарушил строй, и у Марианны кровь похолодела в жилах, когда она увидела, что – вернее, кто – находится в центре круга.

– Что там такое? – тихо спросил Дэвид.

– Те самые подозреваемые – видишь, в центре круга?

Дэвид негромко ахнул, потом уточнил:

– Это и есть предатель?

Марианна кивнула, не в силах отвести глаз от пленных, которые рыдали уже в голос.

– Проклятье! Я, конечно, не сторонник прощать измену, но такой смерти никому не пожелаю.

Марианна заплакала, но тут из-за ее спины раздался знакомый голос:

– В родной Англии ему бы просто отрубили голову. Правда, это куда гуманнее?

Дэвид обернулся и сжал кулаки, едва не бросившись в драку.

– Все в порядке, Дэвид! Это и есть мой партнер Белл… то есть, я хотела сказать, лорд Беллингем. – Марианна положила ладони на сжатый кулак брата, потом с возмущением заявила Беллу: – Нельзя же так незаметно подкрадываться!

Белл выступил из укрытия и довольно ухмыльнулся:

– Это хорошо, что ты не услышала.

Дэвид низко поклонился.

– Ваша светлость.

– Оставьте эти церемонии, капитан, – поморщился Белл. – И примите мою благодарность за верную службу короне.

– Что будем делать? Нельзя же допустить, чтобы их сожгли, – сказала Марианна.