Онлайн-библиотека книг
Похоже, «Канарейка для ястреба» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"Девушка оставила меня у входа на сцену и наказала ждать, когда меня позовут. Все это проходило вскользь, едва могла сконцентрироваться на чем-нибудь. Руки были холодными и неприятно липкими, пришлось вытереть их об себя, ломала пальцы в нервном жесте, пытаясь хоть как-то отыскать душевное равновесие.
– Адель Соммерсье, – доходит до меня голос, усиленный микрофоном, и вздрагиваю. Как никогда близка к обмороку. Но потерять контроль, значит, потерять себя, а я не готова сдаваться без боя.
Знала, как бы ни волновалась, все это будет до выхода на сцену.
Я ее никогда не боялась.
С каждым шагом, который приближал меня к сцене, я странным образом успокаивалась. Мне казалось, что даже сердце, что до этого пойманной птицей билось в груди, стало отбивать четкий, спокойный ритм.
Уже тогда сцена была моим наркотиком. Она заставляла меня отключаться от всего и погружала в иную реальность.
Глава 7
Черный Ястреб
Стоило ступить на сцену, как свет прожекторов ослепил, выбив дух и заставив затаить дыхание. Но я все же справляюсь с замешательством и медленно прохожу на середину сцены, замерев напротив микрофона. Впереди меня лишь чернота зрительного зала. Казалось, что я совсем одна в целом мире. Сейчас существовали только мое умение и мой талант.
– Итак, мисс Адель Соммерсье. Приступайте, – сухой уставший голос становится спусковым механизмом моего полного погружения в иную реальность, где жили лишь я и музыка.
Зазвучали первые резкие аккорды. Я пела древнюю балладу о любви и расставании, о жизни и смерти, о чувствах, которые не угасли, несмотря ни на что. Пела о далекой стране, о пути и дорогах, о фруктах, что росли в том саду, на той земле, где находится родина наших предков.
Мне казалось, что во время моего выступления зал действительно вымер. Не было слышно ни шороха. Своим голосом передавала горечь и боль потери, радость и надежду влюбленных, которые погибали вдали друг от друга…
Я словно была в той песне, в этот момент, жила ею.
Последние ноты замолкают, и я остаюсь одна в пугающей, давящей тишине, слыша собственное прерывистое дыхание.
Чувства еще до конца не отпускают меня, я все еще там, в своих переживаниях.
