Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

Вроде и пошутил, но в интонациях различаю предупреждение.

В трущобах не принято разглядывать людей. Не особо приветствуются игры в гляделки. Прямой взгляд — всегда вызов, или же призыв…

Прокол с моей стороны. Он может не так понять и посчитать меня голодной на мужское внимание. Черт.

Быстро отворачиваюсь. Однако успеваю заметить отголоски знакомого чувства на дне его глаз. Мужской интерес. Фил и не собирается от меня скрывать, что мысленно уже поимел меня во всех позах. Это пугает не на шутку. Я, как затравленный зверек, шарахаюсь в сторону.

Подобная реакция не остается незамеченной, выгляжу глупо, наверное, но мне плевать.

Гринвуд усмехается. Разворачивается ко мне корпусом, пока стоим на светофоре, и изучает мой профиль. Наглый. Отворачиваюсь сильнее. Боюсь подобной заинтересованности.

Ничего хорошего мне не светит. Мужикам нельзя верить. К ним нельзя относиться серьезно. Себе дороже.

Слышу, как Гринвуд усмехается. Я его забавляю чем-то.

Мы подъезжаем к моему дому. Фил выходит из машины, берет чемодан и молча идет по направлению к подъезду.

Не собирается ждать приглашения. Он вообще, судя по всему, не особо разговорчив.

Иду рядом, сохраняя дистанцию в метр. Мне так спокойнее. Есть люди, от которых лучше держаться подальше. Энергетика у них бешенная, опасная. Вот и от Гринвуда меня током сшибает, предупреждая об угрозе.

Поднимаемся по обшарпанным грязным лестницам со специфическим неприятным запахом сырости и нечистоплотности жильцов.

Доходим до старой двери с облупившейся краской.

Привычным движением тянусь к сумке, нащупываю и вытаскиваю связку ключей со старым брелоком — мультяшкой. Чувствую, что Фил внимательно наблюдает за моими действиями.

Пока вставляю ключ в замочную скважину, на миг кажется, что все сон, кошмар, в котором я пребываю. Чудится, что я застряла в воронке, которая все затягивает, погружает в болото реального мира. Захожу в квартирку, на автомате нащупываю и щелкаю выключателем, осветив коридор электрическим светом.

Здесь прошло все детство и ничего не изменилось.

Быстро устремляюсь в квартиру, скинув мокрую обувь. Забываю о Гринвуде, который заполнил своей огромной фигурой все пространство узенького коридора. Захожу в свою комнату, закрываю за собой дверь. Хиленькая защита от сильного мужика, что подпирает стенку плечом. Но так спокойнее.

Прохожу к шкафу с вещами, открываю скрипучие дверцы. В мозгу всплывает мысль, что мы так их и не протерли маслом, сейчас меньше бы раздражал звук ржавых петель.