Онлайн-библиотека книг
Ставит передо мной чашку и бросает затравленный взгляд, отходит к окну. А мне от ее глаз плохо. Слабая, но внутри стержень.
Красивая сучка и… Чужая.
Кручу руль и бросаю взгляд на спортивную сумку, набитую деньгами. Валяется пол-ляма на соседнем сиденье. Вот она, карточка в жизнь. Выворачивай руль и гони из штата. Езжай на мифическое озеро и дыши чистым воздухом, как и мечталось недавно.
— Факин шит!.. — выплевываю ругательства сквозь сжатые зубы.
Задаю себе вопрос, с какого я во все это влез?! Нахрена я голову в петлю всунул?! Из-за чего, спрашиваю себя, и знаю ответ наперед.
Ради бабы. Из-за суки, которой я на хер не нужен со всеми своими потрохами. Никогда меня не замечала. Всегда в своих мыслях. Всегда с другим!
Себя на заклание, потому что… Бью кулаком по рулю.
Всегда ее защищал. Был пацаном, шпаной, незримой, неприметной тенью…
Даже тогда понимал, что не по зубам мне звездная девочка из другой реальности, которая даже не подозревала, что тенью всегда ступал за ней след в след и наблюдал. Издали.
Останавливаюсь на светофоре и жду. Пальцы отбивают ритм. Явись Адик к старшим и все. С девками у нас базар короткий: нагнули, отымели и свободна.
Только вот золотую девочку не отпустили бы…
Паркуюсь у ее дома. Беру барыш и поднимаюсь на этаж. Звоню не переставая. Долго жду. Терпение не мой конек. В мыслях уже проскальзывает двинуть ногой по хлипкой преграде и выбить одним махом…
Наконец, слышу легкие шаги и тело напрягается, как при разборках. Адик явно останавливается у двери, замирает.
— Открой, — приказываю.
Через секунду на меня смотрят голубые глаза, подернутые сонной пеленой. Окидываю ее всю цепким, недовольным взглядом: одежда помята, лицо распухло от слез, волосы растрепаны. Она даже не переодевалась со вчерашнего дня, а мне кажется, что красивее бабы не видал…
И жалости к ней нет. Совсем. Разглядываю. Красивая сучка. Цепляет. Вроде просто смотрит, а меня уже всего колотит.
Делаю шаг навстречу и отодвигаю со своего пути.
— Адик, сваргань мне кофе.
Не хочу ничего, но нужно занять девочку чем-то, чтобы ее пришибленность прошла, да и нравится наблюдать, как двигается. Легкая. Прозрачная совсем.
Кивает и идет на кухню. Ее шатает, как пьяную. Жадно рассматриваю точеное тело, спрятанное под мешковатой одеждой. А сам как наяву вижу молочную грудь с ореолами нежных сосков, фарфоровую кожу, обтянувшую ребра, по которым могу пробежаться пальцами.
Худовата, конечно, но это не от бабских диет и прочей хрени. Переживает.
