Канарейка

И отложим её до времён, когда станет возможным осуществить единственно правильным составом сей грандиозный замысел.

Понятное дело, в королевском-то театре наверняка найдутся приличные голоса, но нет. Не хочу. Сердце отчаянно протестовало против любого другого кандидата в участники дуэта, кроме моего дорогого друга.

Но вот означенный срок расслабления и релакса закончился. На завтра была назначена встреча с директором и музыкантами, призванная конкретизировать наши общие цели и задачи. И тут на ночь глядя прибегает моя горничная вся в слезах и переживаниях.

У меня чуть инфаркт не приключился, глядя на её зарёванное лицо. Но новость, которую принесла Рилиан, и в самом деле была плохой, хоть и не касалась лично меня. Обезглавив службу безопасности государства, убили её руководителя - преданного Элеоноре, грамотного и опытного старого служаку. И это конечно стало серьёзным ударом для её величества.

Пока я, условно говоря, нюхала цветочки и беседовала со статуями, в верхах шла большая работа по выявлению сочувствующих  сторонникам заговора.

Видимо, глава СБ слишком близко подобрался к разгадке, за что и поплатился жизнью. По крайней мере так сообщила моя помощница. И что в сложившейся ситуации делать королеве?

Новость заставила зябко поёжиться. Хотя, где-то из глубины сознания пробивалась мысль... точнее, очередной вопрос: если уж этот глава был таким преданным и опытным, почему Элеонора многие не положенные её статусу действия совершала сама?

Ночь выдалась беспокойная.

Но что бы не происходило во дворце, государстве и мире, театр продолжал жить своей творческой жизнью. Шоу, как говорится, должно продолжаться. И что я хочу сказать... Насколько неприятной вышла первая встреча с актёрским составом, настолько же интересным удалось знакомство с музыкантами.

Эта группа тружеников сцены, точнее оркестровой ямы, держалась несколько обособленно от артистов, не страдала, в основной массе, болезненным стремлением неизменно выделяться на общем фоне, да и вообще они казались проще что ли.

Меньше пафоса, больше дела. Эти люди любили музыку, а не себя на сцене. Ну по первому впечатлению. И это подкупало.

Господин Хэвлок уже обрисовал им суть грядущего эксперимента и явно сумел заинтриговать, заранее нахвалив мои таланты. Больше всех, слушая, сосредоточенно морщил высокий подвижный лоб дирижёр - кучерявый и рыжеволосый (не такой огненный, как я, но тоже с заметной медностью в шевелюре).