Канарейка

А вот сама дверь - обветшала. Вон и щели появились, значит без кислорода не останусь. В случае крайней нужды, думаю, даже вынести получится. Ох, хотя всё время забываю, что на фоне меня прежней, нынешнее тело приличным весом не обладает.

Ладно. Надо отвлечься, чтобы до панических атак себя же не довести. Пошла разбираться с кипой макулатуры, оставленной мне для изучения.

Корячиться всю ночь на коленях не хотелось категорически. Поискала по углам и прикатила булыжник, на котором можно сидеть. Жёстко, но всяко удобнее, чем коленки протирать.

- Ага, глядим. - сортируя листки, брошюры и один довольно толстенький томик, бормотала я, - Здесь у нас, значит, тексты гимнов, а сюда сложим всё, что связано с религией.

Понимая, что долго на камне высидеть будет не так-то просто, в первую очередь взялась изучать основные положения веры. Как и предположила до этого, томик представлял собой подобие нашей библии. Читать-не перечитать. Ну ладно, для начала хотя бы суть уловить. И понять, кто есть Всевышний, и почему его нигде нет.

Как водится, интересующая меня информация по самым азам располагалась в самом начале.

Всё объяснилось до смешного просто. За полчаса чтения, удалось выяснить, что глава и создатель божественных брата и сестры - свет. Ну или, если хотите, Свет. А у него, как мы понимаем, нет лица. Это вот явление и обозначалось понятием ""Всевышний"".

Так, с этим всё понятно. ""И создали они... "" бла-бла-бла... "" И пошли...""

Через час скрюченного сидения ноги заметно затекли. Решила сделать перерыв и обратить внимание на тексты.

- Ох! - поднимаясь, выдохнула я.

Правую ногу ещё и отсидела, отчего в неё тут же впилась туча стеклянных осколков.

- Так. - хромыляя по ""горнице"", расхаживалась я, - ""Не плачь обо мне светлая Рина..."" Кошмар.

Когда нет ни крошки внутренней убеждённости и ни капли чужой веры, подобные тексты не вызывают ни малейшего отклика или интереса. Но, как говорится, выбирать не приходится. Я бродила из угла в угол, монотонно зубря слова и вспоминая, к какой мелодии они относятся.

О, боги, мой голос даже в глухом подземелье звучал... как в том самом сне, где я пела внуку.

Внутри всё затрепетало. Дело в том, что до этого момента и в голову не приходило запеть вслух. Сейчас случился первый раз, когда я слышала сама себя. Как-то до сих пор ни настроение не располагало, ни ситуация. И простите мне мою нескромность, сие было божес-сно.