Я бы и сам любил бы всё, что движется, чтобы живым себя почувствовать, — он развёл руками.
— И ты туда же? Может, тоже к нему на яхту хочешь, княжеское имя с икрой мешать?! — спросил отец с нажимом. — Ещё несколько подобных рассуждений и прибью вас обоих. Давай лучше о другом. Я Светке партию нашёл. С нас имя, а с Селивановых капитал. Наконец-то выберемся из постоянных долгов. И вот это, — он бросил газету на пол, — не будет меня так бесить!
— А не рано ли Светку замуж-то? — спросил Тимур, понимая, что новая тема для разговора ничуть не менее провокационна, чем предыдущая.
— Ей семнадцать-то вот-вот только будет. Да и у Селивановых только этот хрен, которому почти тридцатка. А он страшный, как моя смерть.
— Так! — отец встал, и по нему было видно, что он крайне недоволен разговором. В довершение ко всему его лицо побагровело от прилива крови. — Вы, кажется, задались целью загнать меня в гроб раньше времени! Мужик не должен быть красив, достаточно того, что будет чуть краше обезьяны!
— Но Селиванов не краше, — попытался возразить Тимур, но едва успел спрятаться за створку шкафа, так как в него полетел бокал, из которого отец пил вино.
— Молчать! С лица воду не пить! — Николай Туманов пытался оперировать известными ему истинами, но при этом прекрасно понимал, что Селиванов действительно страшен, словно его загримировали для фильма ужасов. — Как я сказал, так и будет!
С этими словами он, словно ошпаренный выскочил из обеденного зала.
А Тимур принялся писать сообщение брату.
* * *
Ещё несколько раз мне звонил отец Игоря, но я игнорировал его звонки, словно их и не существовало. Игорь сначала сильно нервничал, а затем смирился.
В сообщениях отец скидывал ссылки на таблоиды, которые в красках рассказывали о гулянках на арендованной мною яхте. А затем гневно интересовался, чем это он мне так насолил, что я полощу его фамилию в этой грязи.
Я даже читать после второго перестал.
И вот после этого мне пришло сообщение уже от брата.
«За чей счёт банкет? — интересовался он.
— Неужели в кредит? Надеюсь, что ты не укажешь наши с отцом данные, так как мы ни копейки за тебя не заплатим».
Такого хамства я уже не выдержал.
«Игорь Туманов, — написал я в ответ. — Пьёт и гуляет только на свои, в отличие от вас. Ваши жалкие гроши его не интересуют. За семейный бюджет можете не волноваться».
«Это слишком жёстко, — проговорил мне Игорь, но повлиять на отправку сообщения никак не смог. — Надо как-то помягче, родня всё-таки».
