Каникулы для взрослых
0 прочтений
– Что я знаю? Что он потрясающий мужик! Я так хотела его заарканить, но… Не получилось.
– А между Глебом и Дианой что-нибудь есть? – осторожно спросила Варя.
– Я ни о чем подобном даже не слышала, – озабоченно ответила секретарша. – Все-таки я сижу в приемной Карпухина. Глеб для меня, если честно, – шкатулка Пандоры. А ты знаешь что-то конкретное?
– Нет, это одни только домыслы, – покачала головой Варя.
Пока она ничего не могла сказать Мусе. Потому что сама мало что понимала.
– Только ты не думай, что я такая болтушка и по первому требованию выдаю всю подноготную босса, – строго сказала Муся. – Что касается личных дел начальства, я – могила. Но сейчас особый случай. Думаешь, я не понимаю? Он любит тебя, ты любишь его. Вы никак не можете объясниться… Варька, я тебе завидую.
– У тебя же теперь есть Костик!
– Ну… Костик – это реальная жизнь. А синеглазый босс – несбыточная мечта! Ладно, я пошутила. Если встретишь где-нибудь внизу моего милого, вели ему возвращаться.
– Только от твоего имени! – улыбнулась Варя.
В коридоре ей встретился любимый официант. Он нес на подносе Мусин мешочек, от которого сильно пахло горелым. Варя прикусила губу, чтобы не расхохотаться.
Кажется, наступал решающий момент. Она должна была поговорить с Ярославом. Прямо сейчас. Если все получится, он сам поделится с ней тем, что у него на душе, и недостающие части головоломки встанут на место. Варя вошла в лифт и, когда двери закрылись, изо всех сил сжала кулаки.
Ярослава не было на прежнем месте возле кофейни. Разумеется, пока она разговаривала с Мусей, можно было выпить десять порций кофе. Зато Костик болтался поблизости с фотоаппаратом.
– Приобрел новую камеру! – сообщил он Варе и потряс перед ней своей покупкой. – Отличная резкость и большой экранчик.
– Лучше тебе сделать его в номере. Муся просила передать, чтобы ты возвращался. Она собирается лечить твою невралгию.
– Хорошо! – расплылся в улыбке Костя. – А ты чего такая… вскочедрыженная?
– Что, сильно заметно?
– Ты не знаешь, где Карпухин? – спросила Варя, чувствуя, что у нее трясутся поджилки.
Кажется, еще никогда в жизни она не испытывала такой паники.
