Каникулы для взрослых
0 прочтений
Если ты, Тучина, строишь глазки, это понятно даже ребенку детсадовского возраста. Ты не умеешь хитрить, смирись с этим.
– Мне не нравится, когда ты называешь меня по фамилии.
– А мне не нравится, когда ты ведешь себя аморально!
Они замолчали и, тяжело дыша, уставились друг на друга.
– Разве в нашем контракте написано, что я не могу влюбляться? – спросила, наконец, Варя вибрирующим голосом.
– Нет, не написано! Но зато там написано, что ты обязуешься соблюдать интересы фирмы и так далее и тому подобное. В том числе поддерживать высокую репутацию этой фирмы.
– Это Чандлер сам все подстроил, а я тут ни при чем.
Мысль о том, что газеты пишут о ней всякую чушь, не могла не будоражить.
– Объяснение школьницы, прогулявшей физкультуру!
Ярослав стоял перед ней в джинсах и футболке. У него была отличная мускулатура. Как она и предполагала. Непослушная прядь волос надо лбом топорщилась сильнее обычного.
– Ты же знаешь, я только что рассталась с Владиком…
– И сразу перекинулась на Лаленко, да? Почему это женщины не могут жить, никого не угнетая?
Он тоже потихоньку остывал.
– А если, допустим, Костя Петельников влюбится… в Тоню Мохову? – воскликнула она. – Ты его тоже вызовешь на ковер?
– Разве вы все не понимаете, что можете разрушить отношения в коллективе, причем бесповоротно? – спросил Ярослав, по-прежнему сверкая глазами. – Я полагал, что везу вас отдыхать, а вы устроили тут дом свиданий!
Розовый Варин румянец в одну секунду сделался свекольным:
– Твой Костя Петельников вместе с Мусей переселился в двухместный номер с семейной кроватью, да было бы тебе известно, – продолжал Ярослав.
– Ты забыл, что мы, в отличие от подростков, совершеннолетние.
Ярослав прошелся по номеру, играя желваками. Потом усталым голосом сказал:
– Возможно, я погорячился… Но я точно знаю, что, если в коллективе начинаются массовые шуры-муры, фирма стоит на пороге потрясений. Рано или поздно романы закончатся, какой-нибудь из них закончится неудачно, и тогда последуют увольнения по собственному желанию.
– Ты боишься, что я закручу роман с Глебом, а потом уволюсь? – неожиданно догадалась Варя. Язык она, конечно, прикусить не успела.
