Каникулы на Эленмаре

В конце концов, чем раньше мы закончим все официальные дела, тем быстрее смогу обнять мужа. Дарин, словно услышав, поднял на меня глаза. Там в бирюзе с золотыми искрами плескалась нежность.

— Мы закончили! — доложил ему офицер безопасности, заставив мужа оторвать от меня взгляд, — дальше — сами!

— Спасибо, Лусгарт, — тангир поблагодарил тентурийца и снова посмотрел на меня.

— Присматриваешься к объекту штурма, Дарин, в свете выявленных обстоятельств? — неожиданно развеселился безопасник.

— Да уж, — вздохнул Дарин.

Мне показалось, что муж волнуется не меньше меня. Да, пожалуй. Ведь именно я должна проявлять инициативу, а иначе так и будем ходить вокруг да около.

— Разойдись, — скомандовал Куси-бао и курсанты, переговариваясь между собой, поспешили к выходу из ангара за всунем и тангиром Стшарсси.

— Верник! Аля! — окликнул меня тот который Аргол.

Красивый. И глаза у него такие же бирюзовые, жаль искорок золотых нет. Хотя, какое мне дело. Я остановилась и вопросительно уставилась на него.

— Что ты делаешь сегодня вечером? — очень самонадеянно спросил он.

Порой по одному вопросу, то есть по интонации, с которой этот вопрос прозвучал, можно сказать о спросившем многое. В данном конкретном случае передо мной стоял мужчина для которого не существовало женского отказа. Никогда. Совсем. Мальчик просто нагуливался перед вынужденным браком, а тут вдруг шикарная возможность его избежать. Грех не воспользоваться.

— Уже вечер. Я ужинаю, принимаю душ и ложусь спать! Отбой никто не отменял. — отчеканила я, толкая плечом ухмыляющегося эленмарца.

— Вот я и предлагаю составить тебе компанию на все эти занятия, — заявила эта эльфийская наглость, даже не подумав уйти с дороги.

Ух, сколько всего мне захотелось ему ответить, но… не успела… Вот, не успела и все.

— У Али уже есть компания на сегодняшний и на все последующие вечера, курсант, — раздался голос тангира Элвэ. Дарин оказался рядом и, потеснив нахального Аргола, пропустил меня вперед.

Не хотела афишировать наши отношения, но, видимо, придется.

В конце концов, о браке нас никто не заставляет говорить, а раз так, то и нарушения обещания, данного лайвеллу, нет.

— Я только оставлю у себя вещи, — многозначительно предупредила мужа, проходя мимо.

— Буду ждать тебя, птенчик! — и мне улыбнулись. Тепло, душевно, мурашкообразуще так.

— Оу, — произнес красавчик, тот который Аргол, — простите, тангир, я не знал, что кадет Верник уже занята.

— Любая землянка занята, особенно в свете текущих событий.