Каникулы на Эленмаре

— Не стоит! — снова рассмеялся шаендарец, — я несчастный только сегодня, а обычно, вполне самодостаточный.

На красивом лице появилась театральная скорбная гримаса. «Ой, халтураааа!» — хотелось закричать мне в ответ, но титаническим усилием воли, я подавила все себе это желание, ограничившись вопросом.

— И что же сегодня случилось?

— Меня бросили… променяли… мне предпочли… — трагично изрек Эрниль тер Куина.

— Не может быть! — ничуть не поверив так же отвратительно лживо посочувствовала я.

— Вы не верите мне? — воскликнул «синеглазка».

— Не-а! — для убедительности помотала головой, но губы уже дрогнули в предательской улыбке. Все-таки в шаендарце кроме сгустка тестостерона была еще и бездна очарования.

— Представьте! — этот высокопоставленный паяц протянул руку, указывая на небесную синь, — я лечу через тысячи световых лет, чтобы встретиться с лучшим другом юности, радуюсь, как мальчишка предоставленной возможности, спешу, а он…

— А он? — переспросила я, уже догадываясь о каком друге юности говорит шаендарец.

— А он ответил, что сегодня у него другие неотложные дела, представляете?

— Как он мог? — уже не скрывая своего веселья подыграла ему я.

— Вот и я думаю. Как он мог? Но, знаете? — оживился «синеглазка».

— Честно говоря, пока нет, — снова улыбнулась я.

— А вот за чашечкой тасибы я вам все и расскажу, — заливалось соловьем это синеглазое очарование, увлекая меня за локоток к столику, накрытому приветливой оранжевой скатеркой, — пробовали этот напиток?

— Не приходилось, — позволила усадить себя за столик.

— Минутку, — подмигнул брюнет и отошел к аппаратам.

Через минуту лорд-префект Великого Шаендара опустился на стул, поставив передо мной дымящуюся чашку, от содержимого которой шел умопомрачительный аромат. Про себя он тоже не забыл. Еще, как по волшебству, появилась тарелка с румяными булочками и красивые фигурные конфеты.

— Видимо разговор будет долгим… — констатировала, окинув взглядом все это изобилие.

— Я такой голодный… и такой несчастный… — вымолвило синеглазое чудо, снова заставив меня рассмеяться, — с утра ни доброго слова, ни кусочка еды.

В этот момент у шаендарца запиликал комм. Лицо в миг стало серьезным.

— Слушаю, — от переключился на индивидуальный режим и я не слышала его собеседника, — непорядки нужно прекращать, задействуйте все силы и доложите о выполнении.

Комм вернулся на прежнее место, а на лице «синеглазки» снова появилась озорная улыбка.

— По работе отвлекают, нашли даже в свободное от нее время.