— Как узнать нужное место? — спросила Пелагея Джоновна.
— Место можно узнать по особой плите. На ней должна быть надпись — «Здесь спит Кора, прародительница всего живого», вокруг надписи двенадцать символов, изображающих первые созвездия, возникшие в нашей вселенной, а под ней — два отверстия для денкоро. Хозяйки ключей должны прикоснуться ими к плите одновременно и тогда богиня проснется. Только ерунда все это…
— Отчего вы так считаете, профессор? — улыбнулся легар. Интересно, вроде все заинтересованы в одном и том же, а карты никто раскрывать не спешит.
— Понимаете, Белиготар, даже если предположить, что место отдыха Коры найдено, то ключи от ее усыпальницы давно утеряны. Это, к сожалению, факт. Археологи всей вселенной пытались отыскать их. Дело в том, что денкоро внешне напоминает обычный амулет или подвеску на тонком ремешке, но вот увидеть его могут далеко не все. Существует легенда, что это может сделать лишь человек с открытым сердцем, в чем я глубоко сомневаюсь.
— Почему? — спросила ба.
— Один из ключей, находился у жриц Храма на планете Айвен, а судя по описаниям ритуалов проводимых ими, чистотой сердца и помыслов они не отличались, — честно признался Ахадей Шшарк.
— А что вы скажете вот об этом, коллега? — Пелагея Джоновна сняла герметичную пленку с принесенной из покоев Хранительницы плиты. Талила задергалась, пробуя освободится, но на нее никто не обратил внимания. Все смотрели ни профессора.
— Не может быть! — воскликнул он, изучив плиту визуально и даже с помощью какого-то приборчика.
— Это часть той самой надписи! Видите, шесть созвездий и «прародительница всего живого», а также отверстие под денкоро. Мне впервые довелось увидеть подобное чудо. Откуда это у вас?
— А вот об этом следует спросить у нашей пленницы. По моим сведениям, плита обладает очень важным для айвенов свойством, — пояснил канцлер. — Если использовать плиту и денкоро во время ритуала связи, принятого на Эленмаре, то к жрице переходит часть жизненных сил пары.
— Вы хотите сказать, что нашли и ключ Коры? — выдохнул Ахадей Шшарк."
"Пелагея Джоновна протянула профессору амулет на раскрытой ладони. С каким же восторгом он смотрел на артефакт, словно ребенок, которому подарили новую игрушку. Но стоило Ахадею протянуть к денкоро руку, как кулон, словно живой, начал отползать от нее.
— Потрясающе! — то и дело восклицал тентуриец.
«Аля! Ну, Алечка! — игнорирую и злюсь. Злюсь и игнорирую.
