Она обиделась на то, что он пытался помешать ей выйти замуж, и заявила: «Что ж, отлично! Ты совершенно невозможный человек и больше никогда обо мне не услышишь».
– Но вы о ней все-таки услышали?
Белль улыбнулась:
– Полтора года спустя я получила письмо. Оно пришло из Будапешта, но обратного адреса Соня не указала. Она просила передать Рэнделлу, что бесконечно счастлива, у них с Дмитрием родилась двойня.
– А как назвала детей, не написала?
Белль вновь улыбнулась:
– В письме говорилось, что дети родились около полуночи и что она собирается назвать их Пипом и Эммой.
Но, конечно, Соня могла и пошутить.
– И больше вы о ней ничего не слышали?
– Нет. Она написала, что они всей семьей собираются надолго уехать в Америку. Но больше от нее не было ни слуху ни духу.
– Это письмо не сохранилось?
– Боюсь, что нет… Я прочитала его Рэнделлу, он проворчал: «Она еще будет кусать локти, что вышла за такого подонка». Это были единственные слова в адрес Сони. И мы совершенно о ней забыли, она как-то выпала из нашей жизни.
– Но если вы переживете мисс Блэклок, наследство, по завещанию мистера Гедлера, должно перейти к детям Сони, не так ли?
– О, это моих рук дело! Когда Рэнделл сказал мне о завещании, я возразила: «А представь, что Блэки умрет раньше меня». Рэнделл был поражен. Я сказала: «Да, конечно, Блэки пышет здоровьем, а я этим похвастаться не могу, но бывают же несчастные случаи. Вдруг ей кирпич на голову упадет?» – «Но кому оставить? Больше некому!» – растерялся он.
«Почему? У тебя есть Соня», – сказала я. «Чтобы этот прохвост прикарманил мои денежки? – возмутился Рэнделл. – Нет! Ни за что!» – «Но у них есть дети, Пип и Эмма, а может, и еще кто-нибудь родился», – сказала я. Муж поворчал, но в завещание их вставил.
– И с тех пор, – с расстановкой произнес Краддок, – вы не имели сведений ни о Соне, ни о ее детях?
– Ничего… Может, их и в живых-то уже нет. А может, они где-то далеко…
«Может, даже в Чиппинг-Клеорне», – подумал Краддок.
Белль как будто угадала его мысль, и в ее глазах появилась тревога.
– Нельзя допустить, чтобы они причинили Блэки зло! Блэки хорошая, действительно хорошая… Пожалуйста, оградите ее от беды!..
Голос миссис Гедлер резко ослаб. Вокруг рта и под глазами залегли серые тени.
– Вы устали, – сказал Краддок. – Я, пожалуй, пойду.
Больная кивнула.
– Пришлите ко мне Мэк, – шепотом попросила она. – Я страшно утомилась… – Она слабо шевельнула рукой.
