– И даже писал. Вполне приличный, кстати говоря, роман. На первых страницах там долго рассказывалось, как небритый мужчина вылезает из постели, как серо на улице и чем пахнет в комнате; потом появлялись отвратительная старуха с отечной мордой и злобная потаскуха, которые вели бесконечные разговоры о мироздании и размышляли о смысле жизни. И вдруг я тоже начал размышлять… Мне пришла в голову забавная мысль… я ее записал… А потом из этого вышла хорошенькая коротенькая сценка… Получилось простенько, но мило… И не успел я сообразить, что к чему, как закончил уморительный фарс в трех действиях.
– А как называется твоя пьеса? – спросил Патрик. – «Что увидел привратник?»
– Можно, конечно, назвать и так… Но я назвал по-другому: «И слоны забывают…» Скажу больше: пьесу уже приняли к постановке.
– «И слоны забывают…» – прошептала Банч. – Интересно, а на самом деле они умеют забывать?
Преподобный Джулиан Хармон вскочил и виновато пробормотал:
– О господи! Я заслушался… Моя проповедь…
– А все из-за этих проклятых детективов, – сказала Банч.
– Только на сей раз детектив не выдуманный, а вполне реальный.
– Произнесите проповедь на тему «Не убий», – шутливо предложил Патрик.
– Нет, – серьезно ответил Джулиан Хармон. – Не хочу…
Банч перебила его, крепко обняла и сказала:
– Я знаю только одно: ты думаешь, что библейский Агасфер – это Артаксеркс Второй, но вообще-то (только это между нами!) он был Артаксерксом Третьим…
И Джулиан Хармон в энный раз не понял, что смешного находит его жена в этой истории.
– Тиглатпаласар жаждет тебе помочь, – сказала Банч. – Он теперь загордился, считает себя неоценимым помощником. Еще бы! Ведь это он подсказал нам, как и почему погас свет!
Эпилог
– Надо выписать газеты, – сказал Эдмунд Филиппе, когда они вернулись в Чиппинг-Клеорн из свадебного путешествия. – Пошли к Тотмэну.
Мистер Тотмэн, грузный мужчина, страдающий одышкой, при виде их расплылся в улыбке:
– Счастлив снова увидеть вас в наших краях! Мое почтение, мадам.
– Мы хотим оформить подписку, – сказал Эдмунд.
– Извольте, сэр. Как поживает ваша матушка? Надеюсь, здорова? Как ей на новом месте в Борнмуте?
– Она в восторге, – сказал Эдмунд, не имевший ни малейшего понятия, так ли это, но, подобно большинству сыновей, предпочитавший думать, что с их любимыми, хотя и надоедливыми предками все в порядке.
– Да, сэр, Борнмут – премилое местечко. Мы ездили туда в отпуск в прошлом году. Миссис Тотмэн очень понравилось.
– Я рад.
