Это всё слепые обвинения. Это и не попытки шантажа. И не похоже на религиозный фанатизм, как это иной раз бывает. Здесь только секс и злоба! И это дает нам хорошую отправную точку для поисков автора.
Симмингтон поднялся. Хотя он заговорил сухо и холодно, его губы дрожали:
– Я надеюсь, вы скоро найдете дьяволицу, писавшую эти письма. Она убила мою жену, точно так же, как если бы ударила ее ножом. – Он помолчал. – Хотел бы я знать, как она чувствует себя теперь.
И вышел, не дождавшись ответа.
– Как она себя теперь чувствует, Гриффитс? – спросил я. Мне показалось, что ответ на такой вопрос – в его компетенции.
– Бог знает. Может быть, испытывает угрызения совести. С другой стороны, вполне может наслаждаться своей силой. Смерть миссис Симмингтон могла дать новую пищу ее мании.
– Надеюсь, что нет, – сказал я с некоторым содроганием. – Потому что, если это так, она…
Я замолчал, и Нэш закончил за меня:
– Она возьмется за свое снова? Это, мистер Бартон, было бы так плохо, что хуже некуда.
Повадился кувшин по воду ходить.
– Она может оказаться достаточно сумасшедшей для этого! – воскликнул я.
– Она будет продолжать, – сказал Грэйвс. – Они всегда продолжают. Это, знаете ли, такой порок, от которого они уже не способны отказаться.
Я с ужасом встряхнул головой. Я спросил, нужен ли я здесь еще; мне хотелось выйти на воздух. Атмосфера казалась пропитанной злом.
– Нет, мистер Бартон, – сказал Нэш. – Только смотрите вокруг повнимательнее и сделайте все возможное, убеждая всех приносить к нам письма, если их кто-либо получит.
Я кивнул.
– Я полагаю, что уже каждый в городке получил подобное грязное послание, – сказал я.
– Хотел бы я быть уверенным в том, – пробормотал Грэйвс. Он немного склонил набок свою печальную голову и спросил: – Не знаете ли вы кого-нибудь, кто наверняка не получал письма?
– Что за странный вопрос! Местные жители не посвящают меня в свои тайны.
– Нет-нет, мистер Бартон, я не это имел в виду.
Я только хотел спросить, не знаете ли вы кого-нибудь одного, конкретного, кто, по вашему убеждению, анонимок не получал?
– А в самом деле. – Я колебался. – Я знаю, в некотором смысле.
И я пересказал свой разговор с Эмили Бэртон и все, что она говорила мне.
Грэйвс выслушал информацию с каменным лицом и сказал:
– Да, это может пригодиться. Я это учту.
Мы с Гриффитсом вышли наружу, под полуденное солнце.
