Джоанна смущенно сказала:
– Но почему же и не прийти кому-то к вам на чай?
Джоанна потом сказала мне, что при этих словах Патридж выпрямилась, и вид у нее был весьма грозный, когда она ответила:
– Ничего подобного нет в правилах этого дома, мисс. Старая миссис Бэртон никогда не позволяла визиты на кухню, исключая наши собственные выходные дни, – тогда нам разрешалось приглашать наших приятелей, вместо того чтобы самим ходить куда-то, но в других случаях, в обычные дни, – никогда.
И мисс Эмили придерживается прежнего.
Джоанна всегда очень добра к слугам, и большинство из них ее любят, но ей никак не удавалось растопить лед в отношениях с Патридж.
– Нехорошо, моя девочка, – сказал я, когда Патридж ушла и Джоанна вышла ко мне. – Твои симпатии и мягкость не оценены. Для Патридж хороша лишь старая добрая властность и то, что прилично в доме джентльмена.
– Я никогда не слышала о такой тирании, чтобы запрещалось даже пригласить друзей, – сказала Джоанна.
– Все это очень мило, Джерри, но не может же им нравиться, что с ними обращаются, как с черными рабами?
– Очевидно, им нравится, – сказал я. – По крайней мере, нравится женщинам типа Патридж в этом мирке.
– Не представляю, почему она меня не любит. Большинство людей относятся ко мне хорошо.
– Возможно, она презирает тебя из-за того, что ты не настоящая домохозяйка.
Ты никогда не возлагаешь руки на полки и не устраиваешь проверок на предмет наличия следов пыли. Ты никогда не заглядываешь под половики. Ты никогда не спрашиваешь, куда подевались остатки шоколадного суфле, и ты никогда не заказываешь хороший хлебный пудинг.
– Ух! – воскликнула Джоанна. И печально продолжила: – У меня весь день неудачи. Наша Айми презирает меня за незнание огородных дел. Патридж относится ко мне пренебрежительно за то, что я отношусь к ней по-человечески.
Я сейчас пойду в сад и буду есть червяков.
– Меган уже там, – сказал я.
Действительно, Меган несколько минут назад проскользнула мимо нас и теперь стояла бесцельно посреди маленькой лужайки, похожая на задумчивую птичку, ожидающую корма.
Но вот она обернулась к нам и резко сказала:
– Мне кажется, я должна сегодня вернуться домой.
– Что? – обеспокоенно переспросил я.
