Капитан Алатристе. Чистая кровь. Испанская ярость. Золото короля

Двое переглянулись, и к ним, заинтересовавшись, тотчас присоединился третий, до сей поры топтавшийся поблизости. Я взглянул на Алатристе – он был холоден и очень спокоен. В конце концов, подумалось мне, он знаком с этим миром не понаслышке. Ему видней, как себя вести.

– А может, вам угодно… – начал было первый.

Но Алатристе, не обращая на него внимания, двинулся дальше, а я – за ним, не выпуская из поля зрения троих молодцов, которые вполголоса совещались, не оскорбиться ли им на такое поведение незнакомца и не пырнуть ли его сзади шпагой разика три-четыре.

Поскольку ничего за этим не последовало, к единому мнению они, вероятно, не пришли. Капитан меж тем разглядывал трех мужчин и двух женщин, сидевших в полумраке у стены, – они вели оживленную беседу, прикладываясь время от времени к бурдюку вместимостью самое малое в две арробы. Тут я заметил на губах у него улыбку.

Алатристе направился к ним. По мере нашего приближения разговор стихал и наконец прекратился вовсе, а беседовавшие воззрились на нас опасливо.

Один из них, смуглый и черноволосый, помимо огромных бакенбардов, носил на лице пару отметин, полученных явно не при рождении, и обладал здоровенными ручищами с грязными обломанными ногтями. Был он весь в коже, с короткой широкой шпагой на перевязи, а штаны грубого полотна украшены невиданными мною доселе желто-зелеными бантами. Оборвав свои речи на полуслове, но не меняя позы, он уставился на моего хозяина.

– Если это не капитан Алатристе, – вдруг воскликнул он, просияв, – пусть меня вздернут на рее!

– Меня удивляет, дон Хуан Каюк, что этого не произошло до сих пор.

Каюк расхохотался, выругался и вскочил, отряхивая штаны.

– Откуда вы взялись? – спросил он, протягивая руку, которую капитан тотчас пожал.

– Нет, в гости зашел.

– Кровью Христовой клянусь, я очень рад вас видеть!

Хуан весело отнял бурдюк у своих сотоварищей, и вино пошло по уготованному ему пути, и даже я получил причитающееся.

После обмена воспоминаниями про старых знакомых и некую сообща осуществленную затею – тут я и узнал, что удалец этот служил в Неаполе в солдатах и был там не из последних, а хозяин мой сколько-то лет назад нашел в этом самом дворе убежище, – капитан отвел его в сторонку. И без околичностей сообщил, что есть дело. Дело ему по плечу и за недурные деньги.