Делались записи о рождении, а может быть, о крещении. Записи велись в церкви, может быть, какими-то дьяками в каких-то приказах. Записей о нем, конечно, нигде нет. Придется заняться хлестаковщиной. Но о своей жизни говорить правду по максимуму, в именах родителей не врать – легко запутаться. Сундучок с монетами в Тамбове не поможет, здесь нужен город большой, например Москва. Советские полтинники и рубли были мельхиоровыми, в юбилейных и олимпийских рублях содержание серебра выше.
Все «белые» европейские и азиатские монеты тоже с серебром. Монеты ЮАР времен апартеида – из серебра. Это возможный потенциал, больше за душой ничего.
Сергей Николаевич поднял глаза – оказывается, перед ним застава. У дороги стояла полосатая будка и открытый шлагбаум. На него смотрели два солдата. Уловив его взгляд, они сделали шаг к дороге. Справа и слева поле, где паслись коровы, козы, кони, с криками бегали дети. Солдаты и не пошевелились бы, если бы он ехал в ста метрах от дороги.
Умом Россию не понять, Россию надо знать.
– Где губернатор? – не останавливаясь, спросил Сергей Николаевич.
– Так, это, у себя, вашблагородь, – ответил, по-видимому, старший.
– У себя – это где? – уже оборачиваясь, снова спросил Сергей Николаевич.
– Вашблагородь, езжайте прямо, а там слева увидите, – снова ответил старший.
И это пограничный город! Отсюда до татарского вала не более пяти километров.
Внутри крепости стояли добротные дома, в основном одноэтажные, украшенные резными наличниками и коньками.
Все говорило о достатке и аккуратности жителей. Даже о некотором хвастовстве друг перед другом. Дом губернатора выделялся «запахом власти», на крыльце сидели два лакея. Кто губернатор, как фамилии дворян, живущих в городе или в губернии? – а шут его знает! Как и все жители современного ему Тамбова, он помнил имена Державин и Чичерин. А когда они жили? Чем занимались?"
"Спрыгнул с коня, немного покачался с пятки на носок, разминая ноги.
Затем взял за шиворот ближайшего лакея, подтянул его к себе и накинул на шею повод.
– Доложи губернатору: Сергей Николаевич Алексеев просит аудиенцию, – сказал второму лакею и начал подниматься на крыльцо.
– Я сам дверь открывать буду? – обратился к застывшему лакею.
Лакей подпрыгнул, открыл дверь и пытался проскочить впереди Сергея Николаевича. Но был пойман.
