Я с трудом разлепил глаза и уставился на недоумевающее лицо Вернона. Парень правда, быстро сориентировался в ситуации, помог мне сесть, чтобы окинуть взглядом зал. Все присутствующие смотрели на меня. Кто-то с лёгким недоумением, кто-то с раздражением, а кто-то и с испугом.
— Ты орал так, будто тебя все окрестные твари заживо жрали, — пояснил сидевший за столом Бернард. Капитан, похоже, и вовсе не ложился, — Устроил мать твою нам раннюю побудку.
— И правильно, — я натянул на лицо вымученную ухмылку, — Нехер спать.
Работы много.
— Ага, — раздражённо бросил бард приподнимаясь на своём и протирая глаза, — И петушок только что пропел. Вернее сказать — проорал.
— Очень смешно, — сплюнул я, — Ты бы наверное пел сонеты своим прекрасным голоском, еслиб тебе приснилось что тебя заживо рвут на части, — немного подумал и добавил, — Ладно, проехали. Извиняйте что разбудил.
— Да с кем ни бывает, — отмахнулся Тур, укладываясь обратно. Остальные тут же последовали его примеру. Все, кроме Бернарда и Вернона. Капитан продолжил сидеть над своей картой, а вот парень явно мне хотел что-то сказать.
Он немного помялся и уселся рядом, протянув мне фляжку с водой. Я с благодарностью принял её, отхлебнул пару глотков, смочил ладони, обтёр лицо и вновь уставился на Вернона.
— Есть новости, — парень не стал ждать, когда я окончательно приду в себя, решив вывалить всё и сразу, — По поводу наших общих знакомых. Кузнеца и этой его… Дочки. Забыл, как зовут.
— Выкладывай, — кивнул я, усаживаясь поудобнее и извлекая из сумки кусочек солонины.
Жрать хотелось ужасно. У меня со вчерашнего дня крошки во рту не было, — Только не торопись. Я ещё плохо соображаю.
— В общем, есть три новости, степень херовости которых я оценить не могу, — покачал головой лекарь, — С какой начать.
— С любой, — кивнул я, доставая вслед за солониной походный сухарь. По большому счёту, от обычного он отличался только тем, что его засушивали специально. Чтобы не покрылся плесенью. Но если добавить к слову «сухарь», слово «походный», то жрать его становится на порядок интереснее.
— Ну… Первая новость заключается в том, что кошмары сейчас были не только у тебя. Айлин ворочалась и стонала во сне, хотя раньше лежала словно мертвая, — начал Вернон, — Мне стало интересно, как там у нас поживает Ансельм, и я пошёл наверх. И что ты думаешь? Та же картина. Хотя до этого он почти месяц, сука, лежал вообще не издавая ни звука. Слово овощ. Ну, — парень замялся, — Стою, смотрю и тут ты, как заорёшь.
