Капитуляция

Он пытливо взглянул на неё:

— А ты не помнишь, что когда-то мои чувства к тебе были более чем дружескими?

— Это было давным-давно, — тихо произнесла она.

— Да, с тех пор прошло много лет, сейчас мы оба старше, мудрее и абсолютно свободны. — Тревельян отпустил её руку и улыбнулся Эме: — Приятных снов, Эме.

— Спокойной ночи, милорд.

— Я скоро вернусь, — пообещала Эвелин.

Она вышла в коридор, держа дочь за руку, и почувствовала, как неудержимо колотится сердце. Эвелин почти не сомневалась, что Тревельян всё ещё был увлечен ею.

И совершенно не знала, что делать. Ей не хотелось морочить голову давнему другу.

И опять она подумала о Джеке, а из гостиной доносились обрывки тихой беседы гостей. В холле появилась Аделаида и поспешила к ним:

— Позвольте мне уложить Эме, мадам, у вас ведь ещё гости.

Эвелин наклонилась и обняла дочь:

— Ты хорошо провела время?

— Мама, это был самый лучший пикник на свете! Эвелин поцеловала её:

— Тогда спи крепко. Скоро мы обязательно устроим ещё один пикник.

Эвелин посмотрела вслед Аделаиде и своей дочери, удалявшимся в спальню.

День прошел замечательно. Эвелин утешало осознание того, что у неё были близкие, которые о ней беспокоились, и верный друг в лице Тревельяна. Но она не знала, что делать с интересом, который Трев явно проявлял к ней, если это, разумеется, был интерес романтического свойства, как она подозревала.

А потом Эвелин напомнила себе, что ей предстоит год траура. Значит, ей не нужно принимать какие-то решения.

Она медленно спустилась вниз, направившись в гостиную.

Там Эвелин увидела, что Джон уже собирал тарелки и блюда. Матильда складывала предназначенное для пикника одеяло.

Огонь ярко пылал в камине, несколько керосиновых ламп по-прежнему горели, и в комнате было светло.

— А где Трев? — спросила Эвелин.

— На улице, загружает карету, — ответил Джон.

Эвелин прошла в холл, прихватив по дороге шаль. Бросив взгляд в окно у входной двери, она споткнулась на ровном месте.

Уже смеркалось, но из окна вполне можно было рассмотреть происходящее на улице.

Тревельян стоял у кареты вместе с Джеком Грейстоуном.

Он прислонился к дереву, затянувшись сигарой и глядя в ярко освещенную гостиную. Эвелин сидела там со своей дочерью, Джоном, его невестой и Эдом Тревельяном. Все смеялись, улыбались, о чём-то оживленно беседовали. Все были сыты и довольны. Это был длинный, приятный день — для всех, кроме него.

Он поймал себя на том, что пристально следит за Эвелин и Тревельяном.