Капитуляция

Но стоило ему двинуться с места, как боль резко пронзила грудную клетку и голову.

Эта вспышка боли буквально ослепила его. А потом он провалился в кромешную тьму.

Эвелин резко села на кровати, вытянувшись в струнку. Моментально пробудившись от глубокого сна, она услышала бешеный лай собаки. В парадную дверь колотили. Страх объял Эвелин — кто-то нагрянул посреди ночи! Лай и стук не стихали, и Эвелин выскочила из постели, торопливо зажгла свечу и выхватила пистолет, который теперь держала в прикроватной тумбочке.

Оружие было заряжено. Стряхнув с себя остатки сна, Эвелин босиком выбежала из комнаты и столкнулась с Лораном, который несся по коридору, сжимая карабин и свечу. Слуга тоже не успел обуться.

— Кто это может быть у двери? — закричала Эвелин.

Округлившиеся глаза Лорана горели безумным огнем, его ночной колпак съехал набок.

Верно, воры действительно не стучали, а значит, ситуация была критической! Оба бросились вниз по лестнице, сердце Эвелин колотилось от смятения и страха. Близких соседей у них не было.

Неужели у входной двери стоял какой-то незнакомец?

— Кто это? — громко окликнул Лоран. — Кто там?

Безумный стук прекратился, но Жоли всё ещё надрывалась от лая.

— Мадам! Это Джон Трим! Скорее!

Эвелин споткнулась от удивления, и они с Лораном, обменявшись недоуменными взглядами, поспешили в холл. Что, бога ради, случилось? Трактир Трима находился в часе езды отсюда! Лоран стал опускать карабин, но Эвелин схватила слугу за руку.

— Это может быть ловушка.

Он потрясенно моргнул.

Эвелин не могла поверить, что стала такой подозрительной, такой настороженной, но она не могла забыть угроз дружка Леклера недавней ночью. В доме уже сменили замки. Трим мог стоять у двери с кем угодно, включая ещё одного вооруженного незваного гостя с недобрыми намерениями.

Эвелин поставила подсвечник на единственный в холле стол, а Лоран выше поднял свою свечу. Эвелин бросилась к двери, крепко сжимая пистолет. Она и не думала, что сердце может колотиться с такой неудержимой силой.

Эвелин взвела курок и направила оружие на того, кто стоял снаружи. Потом кивнула Лорану, чтобы тот подошел и открыл.

Лоран распахнул дверь — на пороге стоял Джон Трим в явно наспех надетом толстом пальто, шляпа Трима съехала вниз, а в темноте Эвелин разглядела белки его глаз и бледное, испуганное лицо.

— Миледи! Простите меня! Это всё Грейстоун — он настаивал!

Теперь Эвелин заметила на подъездной аллее к дому повозку, возле которой стоял какой-то мужчина.