Капитуляция

Неужели она действительно собирается встретиться с опасным контрабандистом — на заре, ещё в потемках, в незнакомом городе, в то время как её муж находится при смерти, — чтобы умолять незнакомого человека о помощи?

— У этого контрабандиста самый быстроходный корабль, и, говорят, он может удрать сразу от двух флотов. Пятьдесят тонн, черные паруса — это самое большое из контрабандистских судов, стоящих в гавани.

Эвелин вздрогнула, мрачно кивая. Хорошенькое дельце — «Морской волк»… черные паруса…

— Как мне добраться до доков?

— Они находятся в трех кварталах от трактира, — ответил Лоран.

 — Думаю, мне стоит пойти с вами.

Это было заманчивое предложение, но что, если кто-нибудь обнаружит близких в её отсутствие, если кто-нибудь поймет, кто такой Анри?

— Я хочу, чтобы вы остались здесь и ценой своей жизни охраняли графа и Эме. Пожалуйста, — добавила Эвелин, и её с новой силой захлестнула сокрушительная волна отчаяния.

Лоран кивнул и проводил её до двери.

— Этого контрабандиста зовут Джек Грейстоун.

Эвелин хотелось плакать.

Но, разумеется, она никогда не позволила бы себе подобной слабости. Накинув на голову капюшон, она бросила взгляд на спящую дочь.

Эвелин решила, что обязательно разыщет этого Грейстоуна и убедит его переправить их через Ла-Манш, потому что от этого зависело будущее Эме.

Она поспешно вышла из комнаты, но задержалась снаружи, чтобы послушать, как Лоран задвинет засов по другую сторону двери, а потом бросилась по узкому темному коридору. Лишь одна тонкая свеча горела в настенном подсвечнике в другом конце коридора, над лестницей.

Спотыкаясь, Эвелин стремительно одолела единственный пролет, думая об Эме, Анри и контрабандисте на судне под названием «Морской волк».

Лестничная площадка внизу вела в холл трактира, справа от Эвелин оказалась общая комната. В ней сидели с дюжину мужчин, они что-то громогласно обсуждали, потягивая спиртное. Эвелин помчалась на улицу, надеясь, что никто её не заметил.

Облака неслись по небу, то закрывая луну, то позволяя ей свободно лить свой свет.

На улице горел лишь один фонарь. Эвелин пробежала квартал и никого не встретила. Облегченно вздохнув, она оглянулась через плечо, и её сердце замерло.

Позади неё четко вырисовывались две темные фигуры.

Она снова пустилась бежать, глядя на маячившие впереди на фоне неба несколько мачт с закрепленными на них светлыми парусами. Ещё раз, оглянувшись через плечо, Эвелин увидела, что мужчины тоже побежали, — совершенно очевидно, они преследовали её.