Капитуляция

 — Знаю, вы не помните событий четырехлетней давности, но вы действительно спасли мою жизнь и жизнь моих близких. Я доверяю вам, мистер Грейстоун. Я доверяю вам, как никому другому.

Лицо Джека застыло, превратившись в твердую маску, и он отвел взгляд.

— Мне очень не понравилось ваше письмо. Это была продуманная попытка зазвать меня в Розелинд, чтобы я мог попасть под действие ваших чар и согласился выполнить вашу просьбу.

Задрожав, Эвелин нерешительно заметила:

— Я тоже не уверена, что мне нравится подобный сценарий.

Грейстоун поднял взгляд, и она заметила, как сверкали его глаза.

— Значит, вы признаете, что это была ещё одна окольная попытка заставить меня беспрекословно подчиниться вам? Втянуть меня в решение своей проблемы?

— Да. Но, по правде говоря, я просто хочу помириться. Хочу начать всё заново! И — да, мне всё ещё требуется ваша помощь! — вскричала она.

Его взор не дрогнул ни на мгновение. Грейстоун смотрел на неё дерзко и проницательно.

Я пришел сюда, чтобы принять ваши извинения, графиня.

— У меня, может быть, довольно скандальная, дурная репутация, но это не совсем соответствует действительности. Я человек чести. И честь требует от меня принять подобные извинения, даже если они неискренни.

Вне себя от волнения, Эвелин судорожно вздохнула.

— Но я всегда буду у вас в долгу.

Повисла тишина — мертвая, тяжелая. Эвелин спрашивала себя, не собирается ли Джек преодолеть разделявшее их короткое расстояние и заключить её в свои объятия, несмотря на все их разногласия.

Но Грейстоун не двигался. Эвелин облизнула губы, повернулась и распахнула окно. Потом подняла воротник платья. Полная нелепой досады, она невидящим взором смотрела на раскинувшийся внизу сад. Понятно, что она всё ещё жаждала прикосновений Джека.

— Если я не буду бороться за будущее своей дочери с предельной решимостью, тогда кто станет это делать?

Грейстоун ничего не ответил.

И тут в дверь постучали.

— Эвелин? — позвала Джулианна.

Эвелин отскочила от окна, а Джек резко повернулся к двери.

— Отделайтесь от неё.

Он отошел к дальней стороне гардероба, стоящего у стены, — это место не просматривалось от двери.

Эвелин вновь обрела способность дышать, но резко, прерывисто. Она только сейчас осознала, что всё это время стояла затаив дыхание.