Капкан

И внезапно, прямо в воздухе стал концентрироваться туман, зеленоватого цвета и ощутимо потянуло кислятиной. Прямо в ноздри шибануло, и запах этого тумана, мне был хорошо знаком.

Перезагрузка! Перезагрузка кластера с воинской частью. Мать его итить! Вот нахрена меня сюда несло? Сейчас стая, с жутким ЭЛИТНИКОМ во главе, примчится сюда на сытный обед. Я прижался спиной к дереву и стоял не шелохнувшись. Осознать свои поступки трезвым разумом никак не получалось, как под гипнозом находился. Надо рвать отсюда когти со скоростью света.

Но внутренний голос твердил своё: пока ещё рано, жди.

Туман перезагрузки длился минут десять. Потом стал редеть и резко пропал, как будто его и не было. Но вот изменилось за это время многое. Вскинул бинокль к глазам и стал разглядывать то, что мне было видно.

Дежурка контрольно пропускного пункта стояла целая и невредимая, крови на стенах видно не было, стены и стёкла целые. Ворота были распахнуты настежь, и были целыми, словно выпуская или впуская машину на территорию части.

Мысли лихорадочно метались в голове.

В прошлый раз, перезагрузка кластера произошла около 10–11 часов дня. Сейчас около восьми утра, что-то изменилось и сдвинулось. Зато можно теперь вычислить время, с каким кластер меняется. Я смотрел в бинокль, а сам хотел свалить отсюда подальше. Время текло, вроде ничего не происходило, и я сев на велосипед поехал к части. До ворот осталось метров пятьсот, снова слез с велика, и, прислонив его к дереву, стал смотреть и слушать.

И вот тут-то пошла дрожь по коже.

Стая напала на ничего не понимающих и не знающих людей. От части, послышались далёкие крики и визги. Разобрать что-нибудь членораздельное, не получалось, но и так было понятно, что там сейчас открылись врата ада и начался кошмар. Надо было садиться на велик и ехать отсюда, помочь этим людям я ничем не мог, разве что умереть рядом с ними. Но сила, толкавшая сюда, держала меня на месте. Затем раздались первые очереди автоматов. Послышались выстрелы из пистолетов. Но я то знал, что это просто агония перед смертью.

А затем услышал звук, который никогда не слышал. Как работает пулемёт, мне уже приходилось слышать не раз. Спарка пулемётов, тоже знакома. Но вот тут я сплоховал, звук был мне не знаком. Это был какой-то приглушённый грохот переходящий в визг. После него раздался яростный рёв гигантской глотки, одновременно исторгающий злобу и боль. Снова грохот и непонятный звук визга. Сводящее с ума визжание, рёв, рвущий барабанные перепонки болью, и грохот.