– Карин, задержись на пару минут, – просительно, с нежностью в голосе, как это было раньше. В душе шевельнулось сомнение, Максу я больше не доверяла. Разительная перемена меня не подкупила, но и отказать ему я не смогла. То ли растерялась, то ли не хотела, чтобы ребята подумали обо мне плохо. – Сядь рядом, – вроде и голос не изменил, а взгляд стал темным, колючим.
– Макс, ребята ждут, – намекнула, чтобы поторапливался. Пододвинув стул, села возле его постели.
– Что насчет денег? – угрожающе произнес Макс.
– Ничего, – вмиг пропала жалость, когтями разила грудь злость.
– Карина, мне нужны деньги, – цедил он сквозь зубы, сверля яростным взглядом. – Меня избили, потому что я не вернул долг.
В сумочке у меня лежало больше двадцати тысяч, был порыв откупиться от него, но я тут же себя оборвала. Таким, как Макс, нельзя показывать слабость, он потом от меня не отстанет.
– Макс, я ведь говорила, после той выходки Самир перестал давать мне деньги.
– Найди, займи… – он злился, шипел, поглядывал на соседей, боясь, что нас услышат.
– Я ничем не могу тебе помочь.
– Я выполню угрозу…
Поднявшись со стула, не позволила схватить себя за руку.
– Усугубишь свое положение. Чеху не кидают вызов, Макс. Только если не самоубийцы.
О репутации старшего брата я была наслышана, пока жила с родителями. Дома он никогда не демонстрировал эмоций, но я часто наблюдала его в спортивном зале, видела тренировочные бои с начальником охраны, о нем шептались бойцы, а результаты пулевой стрельбы висели в тире, который находился в особняке на нулевом этаже.
Я не говорю о том, что на Самира работают лучшие хакеры. Угрожать ему – найти еще больше проблем.
Макс еще несколько раз требовал, чтобы я перевела ему деньги, но я игнорировала его сообщения. Он долго лежал в больнице, потом восстанавливался и наконец опять появился на занятиях. Не разговаривал со мной, но постоянно прожигал злым взглядом.
– Карин, я его боюсь, – шепнула как-то Анька.
– Я тоже. Он с катушек съезжает, – буркнула я. Находиться под прицелом его ненависти было неуютно.
Вопрос времени, когда она выплеснется. А в том, что это все равно произойдет, я не сомневалась.
Настроение и так было мрачнее некуда. В кругу родных я заставляла себя улыбаться, но, оставаясь одна, замыкалась. От Амира последние две недели не было вестей. Опять на задании.
– С ними все хорошо, – сухой ответ старшего брата, чтобы успокоить. А мне так важно было услышать его голос.
За этот месяц мы очень сильно сблизились.
