– Вот моё имя и контакты, считай, что знакомы.
– Ну я даже не знаю… – пожала плечами и, прочитав на визитке имя, с улыбкой выдавила: – Лев Михайлович.
– А для Потапа номерочек не дашь? – игриво спросил он и, направившись к припаркованным автомобилям, усмехнулся и пробормотал себе под нос: – Как бы он мне не предъявил за твоё исчезновение.
По мере нашего приближения к парковке у одной из машин зажглись фары. Спустя пару секунд дверь со стороны водителя открылась, и к нам вышел высокий молодой мужчина, одетый в белую рубашку и чёрные брюки.
Окинул меня хищным взглядом и, улыбнувшись, повернулся к боссу, покорно ожидая распоряжений."
"Открывая для меня заднюю дверь автомобиля, Лев Михайлович про телефон не напомнил, но желая избежать возможных неприятных ситуаций с его водителем, я всё же демонстративно произнесла.
– Номер телефона дать не могу. Жених не одобрит, – поджав губы, повторила уже привычную ложь и, потупив взгляд, пролепетала: – Спасибо вам.
Мужчина молча кивнул и, захлопнув дверь, обратился к водителю.
– Доставь, куда скажет, и сразу назад. Потап батькович нажрамшись изволили, тоже отконвоировать надо.
Не желая раскрывать своё местожительство, адрес я намеренно назвала неверный. Решила, что пройтись пешком лишние пятьсот метров мне будет даже на пользу. Водитель Льва Михайловича несмотря на мои опасения, всю дорогу просто молчал. Уточнив, куда ехать, включил в салоне музыку и… и, собственно, всё. Ни здрасте, ни пока. Чуть не уснула…
Высадив меня у нужного дома, водитель, сразу же уехал, а я, проводив автомобиль усталым взглядом, направилась к своему дому.
Прогуливаться по городу ночью я не боялась. Работая медсестрой в больнице, давно привыкла к ночным сменам и суточным дежурствам.
Единственным отличием была непривычная одежда, ну и конечно, же обувь. Ещё хорошо, что успела сменить навязанные мамой туфли, иначе убежать на такой убийственной шпильке в случае необходимости не получилось бы. Выбранные мной туфли тоже не отличались удобством, но хотя бы исключали возможность переломать ноги на ровном месте.
Оглядевшись, ускорила шаг и, поёжившись от ночной прохлады, запахнула жакет на груди плотнее. Из головы не шёл Саша. Как бы я ни злилась на его слова и действия, перестать думать о нём никак не могла. Анализируя вполне понятную картину, усиленно искала ему оправдания, а себя, наоборот, обвиняла во всех грехах.
Лишний вес? Давно не секрет, но я упорно задвигала эту проблему подальше.
