Капкан для невесты (СИ)

Промозглая до костей сырость…

Но Лорсанов — полуголый и босиком!

Куда он несет мою сумку?!

Я выбегаю следом за ним. Мужчина направляется по дорожке вдоль дома, к гаражу, выходит с канистрой.

— Нет-нет! Нет-нет-нет… не смей!

Слишком поздно!

Облив мою сумку бензином, Лорсанов направляет в ее сторону носик горелки.

Бух… Разгорается пламя.

Все горит! Мои вещи в огне… То немногое, что я с собой взяла. Гардероб, купленный Лорсановым, в огне скручивается.

Мужчина тяжело дышит смотря на меня через огонь.

— Хочешь уйти? Ворота будут открыты еще минут пять, потом закрою, — кликает пультом.

— Но только не забудь оставить лишнее перед уходом.

Мужчина возвращается в дом.

— Лишнее?! Что значит “лишнее”?! Ты же все сжег! Ты сжег все мои вещи.

Он оборачивается на крыльце, но только затем, чтобы сказать:

— Кое-что осталось. На тебе. Куплено на мои деньги.

И хлопает дверью перед моим носом.

ЧТООООО?!

Я осматриваю себя, с неудовольствием отмечая, что он прав. Сегодня на мне теплый костюм на флису, из числа вещей, что были куплены им сами!

С ненавистью смотрю в сторону распахнутых ворот.

Перед глазами все плывет, едкий дым в ноздри вбивается.

Лорсанов — принципиальный. Дав приказ выметаться, но не брать с собой ничего лишнего, он просто ставит меня перед выбором: уйти поздней осенью в никуда… голой и босой.

Пять минут пролетают слишком быстро.

Автоматические ворота закрываются.

Выдыхаю шумно, выпускаю короткий, но злой и полный бессилья крик. Я в темнице! Отсюда выхода нет!

Уууу… Потопав ногами так, что пятки заныли, в дом обратно плетусь, вытирая рукавом толстовки слезы вместе с жидкостью, что бежит из носа.

Лорсанов разговаривает с кем-то по телефону, сидя в кресле у камина. Одеться он так и не подумал, сидит в одних трусах.

— Боюсь, ничего не выйдет! — отвечает он довольно резко. — Твой приезд только все испортит. Послушай, Зумрат. Ты отдал мне девчонку, которая непослушная настолько, будто ее воспитывала в джунглях стая диких обезьян! Приедешь сегодня на ужин? Значит, заберешь обратно свою дочурку и поступай, как знаешь.

Иного не дано. Или, что, ты думал за несколько дней вся дурная блажь выветрится из нее? Ты, вообще, кажется, позволял ей все, что только можно, а теперь спрашиваешь, не присмирела ли твоя дочь?!

Я замираю, слушая разговор. Лорсанов смотрит в мою сторону и продолжает.

— Другое дело…. — молчит. — Нет, Зумрат. У меня нет времени приезжать к тебе в гости на этой неделе. И нет, я не отправлю девчонку одну.