Но куда она могла уйти из Асфентуса, если даже Влад пока находился здесь?
— Мой ангел-хранитель… Самый преданный… Вылечить меня она смогла, нашла в себе силы, а увидеться не захотела. Где она?
Краем глаза заметил, как напрягся полукровка, резко выпрямившись на стуле. Стало понятно, почему он упорно продолжал сидеть в комнате.
Влад спокойно посмотрел мне в глаза и твердо отчеканил:
— В этот раз за ""победу"" ты заплатил слишком высокую цену…
Проклятье. Эту тему обсуждать с Владом я точно не хотел. Поэтому принял скучающий вид и повернулся в его сторону.
— За какую победу, Влад? О чем ты?
— Ник, я знаю ВСЕ. О твоем ""сотрудничестве"" с Эйбелем, о браке и разводе с моей дочерью. Я знаю, что сейчас я должен благодарить тебя и признать, что ты своего рода мой спаситель. Но только слова застревают у меня в горле. Потому что сейчас ты больше потерял, чем достиг.
— Твой спаситель??? — я засмеялся. — Твою мать, Воронов. Сколько пафоса. Ну давай тогда все-таки выдашь мне грамоту за спасение расы вампирской… Буду хранить ее на полочке.
.
Я резко сел на кровати:
— Влад, все это сделано не ради твоих слов благодарности. Твоих или чужих, без разницы. Не забывай, ты разговариваешь с самым большим эгоистом на свете. Я это сделал только для себя. Для моей семьи. И я понимаю, что это неприятный сюрприз для Вас, но Вы тоже ее неотъемлемая часть, Ваше Величество.
— Как обычно, дерзишь. Прикрывая свои чувства сарказмом. Может, хватит уже? Если бы ты не действовал, как всегда, в одиночку, никому не объясняя своих безумных планов, сейчас Марианна не бежала бы от тебя, как от прокаженного.
Ник, ты на самом деле потерял ее…
Не совсем понял, что именно услышал в его голосе — сожаление? Или тщательно скрытый триумф?
Я схватил его за затылок и приблизил к себе:"
"— Черта с два я потерял, Влад. Если Марианне было наплевать на меня — она бы не стала вытаскивать с того света. Зачем ей это, брат, если только она все еще не любит меня? Зачем, ответь? Ведь намного проще ей было бы оставить меня дохнуть, корчась в дикой агонии.
— Я не говорю тебе о ее любви. Моя дочь будет любить тебе всегда, где бы ни находилась, и какие бы удары ты ей не наносил. Только любви стало мало. Наконец-то пришло время, когда она поняла, что жизнь с тобой похожа на чертову пороховую бочку. И жить в ожидании очередной искры больше ей не под силу.
Он схватил меня за запястья и оскалился, и… в этот момент меня отдернул от него долбаный полукровка.
