Буквально на днях мы откроем свое представительство и в вашем городе. Располагаться оно будет на улице III Интернационала в доме, где ранее была стоматологическая поликлиника. К сожалению, у нас еще не завершен ремонт… но, несмотря на это, Сергей Леонидович хотел бы с вами встретиться. Если угодно, неофициально.
– Простите, что я спрашиваю, а откуда вы узнали обо мне?
– Вас рекомендовал Гавриленко. Вы, должно быть, знакомы?
– В общем, да… – ответила я и вздохнула. Не могу понять почему, но звонок мне не понравился и дама со сладким голосом тоже.
– Когда мы могли бы встретиться? – вернула меня женщина к действительности.
– Когда вам удобнее? – отозвалась я.
– Не стоит тянуть с этим. У вас есть обеденный перерыв?
– Да, есть.
– Отлично. Встретимся в кафе на Летнем бульваре, скажем, через полчаса. Меня вы узнаете сразу: ярко-рыжие волосы, желтый костюм. И захватите рукопись.
Мы простились, а я задумалась.
– Спонсоры? – подняв голову от бумаг, спросила Верка.
– Ага.
– Смотри-ка, есть справедливость на свете.
Не зря Женька старалась…
– Да, не зря, – пробормотала я, таращась на телефон, затем решительно набрала номер справочной службы, а через минуту звонила в офис Гавриленко. К сожалению, его самого сегодня в городе не было, а секретарша ничем помочь мне не могла. Вздохнув, я позвонила Ипатову; к счастью, он оказался на месте, и я имела возможность с ним поговорить. Моему звонку он не обрадовался и даже не пытался быть любезным. На мой вопрос ответил, что мной действительно интересовались из литературного агентства, но он особенно не вникал.
Спрашивали, как меня найти. Ипатов, который знал меня как Анну Асадову и никаких сведений обо мне не имел, предложил позвонить Женьке и снабдил их ее номером телефона. Вот так. Вроде бы все понятно. Гавриленко обо мне тоже ничего неизвестно, неудивительно, что им пришлось разыскивать меня через подружку. Вроде бы все гладко и никаких подозрений не вызывает, но сомнения почему-то были и исчезать не желали.
Невесть откуда появившееся литературное агентство мне упорно не нравилось, так же, как этот женский голос. Тут я некстати подумала, что в офис Аверина тоже звонила женщина, просившая передать, что он уехал в Москву, в то время как он отправился значительно дальше. С другой стороны, если у меня просто мозги повело и я начала страдать манией преследования, а агентство самое что ни на есть настоящее, я лишаюсь, может быть, единственного шанса издать свой роман.
