Капкан (СИ)

Я искренне удивляюсь, увидев его, и стараюсь скрыть радость, что наполняет меня.

Он даёт им указания собрать все коробки и отвезти по указанному адресу. Развожу руками, вопросительно смотря на него — я ведь ещё не решила, где оставлю все.

— Все собрала? — киваю положительно в ответ. — Тогда собирайся, пойдём. Дальше они сами разберутся.

Согласившись, накидываю на себя пальто и выхожу следом за ним.

— Куда они отвезут всё? — спрашиваю, войдя в лифт.

— В апартаменты. Ты ведь еще не нашла новую квартиру?

— Нет, — задумываюсь.

— Предложение Демида в силе. В любое время ты можешь переехать туда, — его глаза замирают на моих, всматриваются в самую глубь, будто выискивая что-то, что неподвластно даже моему сознанию."

"Ничего не отвечаю ему и отвожу взгляд, не выдержав его силы. Я для себя все решила. Не хочу, чтобы в моей жизни оставалось что-то, что будет связывать меня с ним.

— Тебя ждёт внизу машина. Водитель отвезёт, куда скажешь.

— Хорошо, спасибо.

Мы выходим на улицу, подходим к его автомобилю. Я прощаюсь и хочу уйти, но он задерживает меня, взяв за руку, чем приковывает моё внимание к себе.

— Почему ты не рассказала Заре правду? — обескураживает своим вопросом.

— Ты хочешь поговорить об этом сейчас? — еле дышу, находясь в полуметре от его губ.

— Хочу кое-что понять для себя.

Он отпускает меня, и я делаю шаг назад, чтобы позволить рассудку мыслить трезво.

— Ей не нужна эта правда.

— Что это значит? — скрестив руки, облокачивается спиной к машине.

— Значит, что от этой правды никакой пользы. Зара не из тех женщин, кто сможет уйти от мужа, так зачем ей попусту причинять боль?

— То есть, ты сторонница сладкой лжи?

— Я сторонница той правды, которую человек в силах пережить.

— Какую правду не способна пережить ты? — меня начинают настораживать его вопросы. Не понимаю, к чему он хочет подвести меня.

— Сложно сказать…

Почему-то в голове всплывают фотографии бабушек, на которых, как оказалось, я совсем не похожа, и родители, в чьих глазах я тогда прочла страх.

— Наверное, я бы не хотела узнать, что моя семья мне не родная, — это вырывается из моих уст настолько неожиданно/на автомате, что мне хочется прибить саму себя за бесконтрольность.

Хочется думать, что Роланд не расслышал шёпот моего откровения, но это невозможно.