Капкан (СИ)

— Я тебя одну не отпущу на встречу с ними! Поеду с тобой! — говорит решительно.

— Хорошо, твоя поддержка мне не помешает. Встреча назначена на восемь, выедем в семь из дома, — решаю не спорить, а просто соврать и молча сбежать потом. — А сейчас я хочу пойти и привести себя в порядок. Позволишь?

— Конечно. Все будет хорошо, подруга, — обнимает меня за плечи и целует в висок.

На доли секунд становится спокойно в его объятиях, но волнение быстро возвращается на место.

Я ухожу в гостевую комнату, куда меня заселил Майер.

Наконец, сдираю с себя рубашку, которая пахнет Роландом и сводит с ума на протяжении нескольких часов. Раздевшись, иду в смежную комнату, наполняю ванную водой и забираюсь в неё. Закрыв глаза и вдохнув полной грудью воздух, окунаюсь с головой в воду и позволяю истерии вырваться криком наружу. Как бы хотелось сейчас утопить все ненужные чувства и мысли, чтобы перестали существовать и терзать душу. Но, кажется, даже если я утоплю/убью себя, они продолжат изводить мой прах.

Когда приходит время выезжать на встречу, я собираюсь, вызываю такси и тихо, пока на горизонте нет Рейна, выхожу из дома. Ему невозможно будет объяснить, что я должна быть там одна, он, все равно, меня не отпустит. Поэтому, я мысленно прошу у него прощение за обман, отключаю телефон, чтобы он не изводил меня звонками, и выезжаю к назначенному месту.

Доехав до заброшенного склада, по телу пробегает озноб. Мне становится совсем дурно, но мысль, что я скоро встречусь со своей девочкой прибавляет храбрости.

Расплатившись с таксистом, выхожу из машины и направляюсь к единственному стоящему ангару. У дверей вижу мужчину, который внимательно следит за мной.

— Все в порядке, она приехала на такси, — сообщает кому-то в наушник.

Открывает мне железные двери, пропускает вовнутрь, а сам остаётся охранять местность.

Холод, пробирающий до дрожи — это первое, что я чувствую, войдя в огромное темное помещение. В груди нарастает тревога.

А в голове хаотично всплывают картины прошлого, когда неизвестный, прячущий своё лицо, сделал один выстрел в сердце сестры, лишив нашу семью смысла жизни; как двое других, более жестоких и безжалостных тварей выстрелили в маму и Сэма, сожгли их тела и лишили меня детства и памяти. Пытаюсь выкинуть из головы все мысли, что нагоняют жути. Но чем ближе подхожу к двум мужчинам, стоящим у стола с ноутбуком, тем сильнее страх разрастается меж рёбер.