Капкан (СИ)

От боли и дикого наслаждения впиваюсь ногтями ему в плечи, изгибаясь в спине. Каждое его движение, каждое прикосновение и взгляд кричат о том, что не только я схожу с ума от происходящего, но и он. Срывает последний кусок ткани на мне и поднимает на меня свой взгляд. Страстный, горячий, пропитанный силой и властью. До сих пор не могу поверить, что все безумные эмоции, плещущиеся в его глазах, вызваны мной и моим телом. Смотрю в них и понимаю, что готова сдаться. Впервые готова подчиниться ему и получать от этого удовольствие!

Вспышка.

Стоны и дикое рычание сливаются воедино, скатываясь по нашим мокрым телам. Эта ночь будто проводит черту под пятью месяцами нашего сложного знакомства. Эта ночь оправдывает каждую нашу нервную встречу."

"Он безумен, ненасытен и чертовски прекрасен. На протяжении всей ночи, он ловит меня сбегающей с кровати и начинает все заново, по кругу; врывается в ванную и доказывает, что купаться — это не основная задача данной комнаты. И вот, когда мне уже кажется, что все, — я не способна больше ни на что, и мое изнеможённое тело перестало его возбуждать, он снова тянет меня к себе, доказывая обратное.

Это все было выше моего понимания, выше моего восторга. Я такого не испытывала никогда и ни с кем. Ни под кем я не стонала так искренне, как под ним. Никогда мой голос не срывался на крик от блаженства. Никогда мне не хотелось мужчину за ночь так много раз, как его. А сегодня все ""никогда"" растворились между мной и Роландом.

Я ждала многого от этой ночи, но ему удалось меня не просто удивить, но и усыпить рядом с собой. Я обессиленная закрыла глаза и позволила себе, впервые за долгое время, уснуть рядом с мужчиной.

Проснувшись к полудню, не сразу понимаю, кто я, где я и что со мной произошло. Все тело ломится от удовольствия, а в голове потихоньку начинают восстанавливаться картины прошедшей ночи. На лице невольно появляется улыбка, когда взгляд падает на разорванное белье, которое уже непригодно к носке.

Встаю с постели и прохожу в ванную.

Он оставил за собой лишь аромат своего парфюма и безумные воспоминания. Хотя, не только это. Увидев своё голое тело в зеркале, с восторженным ужасом замираю на нем. Засосы на шее и синяки на бёдрах являются прямым доказательством, что вся дикость, которую вытворял Роланд, была не сном.