Капля духов в открытую рану

– А где были твои чувства, когда ты бросился на меня в курилке? Ты успел их подготовить? За одну минуту? Но ты же вступил! – Ванесса сорвалась на фальцет.

– Успел, представь себе! Пока ты поворачивала ко мне голову, пока отвечала на вопрос, пока поднимала ресницы! Я уже был влюблен, когда кинулся тебя обнимать! – Костиково крещендо перешло в фортиссимо.

Ванесса замялась. Она не поняла, ее унижают или восхищаются.

– Почему он орет на меня? – спросила она Славочку."

"– Он пытается тебя разбудить, как спящую красавицу.

– Ребятки, пока вы тут разбираетесь, я спущусь, мне курьер привез пуховик, – сказала ЛидьВасильна, вставая из-за рояля.

– Что происходит, где я? Мороженая картошка, пуховик, спящая красавица… – Ванесса сжала голову руками. – Чертова Россия!

– Ну ладно, иди ко мне, птичка, я тебя успокою. – Костик бесцеремонно обнял Ванессу сзади, целуя ее в голую спину. – Твоя гостиница недалеко отсюда? Удалимся на обед в твой номер, я научу тебя подавать горячие блюда.

– Слава, что он себе позволяет? – Ванесса тщетно искала сочувствия.

– У него свои методы педагогики. Тебе понравится, – ответил Славочка. – Ну что, продолжим?

Они вновь начали из-за такта, Ванесса сделала все, чтобы вступить гораздо мягче, Костик одобрительно подмигнул ей, Славочка еле заметно улыбнулся. В зал вошла ЛидьВасильна с крупным мешком, на цыпочках пошла к роялю, но зацепилась за ковер и загрохотала, пытаясь удержать равновесие.

– Простите, ребятки! – смущенно заулыбалась она. – Слышала из коридора, намного лучше, Ванессочка, намного лучше.

– Хороший пуховик? – спросил Костик.

– Да вот не уверена в размере, в бедрах широк, а в груди узковат. Курьер сказал, что он полчаса еще в этом районе. Надо бы померить, а зеркала нет.

– Так давайте померяем! Мы оценим! Вдруг он уедет, а вы потом не сможете вернуть, – с пониманием отозвался Костик.

– Правда? – ЛидьВасильна заискивающе посмотрела на Славочку.

– Ну-у-у, почему бы и нет?

Она суетливо вынула пуховик из пакета и надела его на себя, одергивая бирки, назойливо застревающие в «молнии».

– Вот, – сказала она растерянно, растопырив руки и поворачиваясь вправо-влево.

– Какая у вас статная грудь, – подпрыгнул к ней Костик. – А пуховик ее просто нивелирует. И эти бедра, эта талия… их нужно подчеркнуть чем-то облегающим.

Костик, как кутюрье, кружил вокруг ЛидьВасильны и водил руками вдоль ее пышных форм.