Капризная игрушка

— Ларочка, познакомься, дорогая, это мой очень хороший знакомый, я тебе о нем много… — заговорил Котов.

— Меня зовут Владимир, — выступив вперед, с неким пафосом произнес мужчина, протягивая Ларисе руку. — Владимир Решников.

— Лариса, — сдержанно ответила она, присматриваясь к спутнику мужа.

У Решникова был высокий лоб, зачесанные назад темные волосы, крупные черты лица. Весь вид этого человека выражал уверенность в себе, говорил о полном благополучии. Тем не менее Лариса отметила какое-то наивное, почти детское выражение его темно-карих глаз.

Он постоянно хмурил брови, словно больше всего на свете боялся, что кто-то угадает его слабые стороны, и по этой причине надевал маску холодности и надменности.

— Мы просим прощения за опоздание, — продолжал Решников, — это моя вина. Сразу же хочу предупредить, что в театр мы сегодня, к сожалению, не едем…

«Слава богу!» — мелькнуло в голове у Ларисы.

— Дело в том, что у меня произошла… одна неприятность, — Решников вопросительно посмотрел на хозяйку дома.

Лариса, не понимая еще, в чем дело, молча ждала продолжения.

Решников прокашлялся.

— Дело очень деликатное, — он снова посмотрел на Ларису.

— Я это поняла, — кивнула она. — Единственное, чего не могу понять, для чего вы рассказываете об этом мне?

— Я сейчас все объясню.

— Давайте пройдем и присядем, — вмешался Котов, — что мы в дверях-то разговариваем? Дело серьезное все-таки…

— Конечно, конечно, — спохватилась Лариса, жестом указывая на мягкие кресла в зале. — Проходите.

— Спасибо. Просто что-то разволновался… Сейчас возьму себя в руки и все объясню.

И Решников вытер платком вспотевший лоб, хотя на улице стоял октябрь и было совсем не жарко.

— Нужно бы расслабиться, — стараясь говорить как можно небрежнее, предложил Котов.

Лариса прекрасно понимала, что он подразумевает под словом «расслабиться», и незаметно для Решникова, но весьма решительно сдвинула брови. На счастье, Владимир предложение Котова не поддержал, и супругу пришлось, развалившись в кресле, уныло довольствоваться банкой кока-колы.

Лариса тем временем сварила кофе и поставила чашки на маленький столик.

— Одним словом, у меня из фирмы пропали деньги, — выпалил Решников. — В милицию я, как вы понимаете, не заявлял…

— Пока не понимаю, — заметила Лариса. — Почему?

Решников как-то снисходительно посмотрел на нее.

— Во-первых, я милиции не доверяю. Да ладно бы еще пропали какие-то вещи, а то деньги… Во-вторых, дело касается узкого круга людей. Моих ближайших знакомых, — подчеркнул он.