Капризная игрушка

 — Дальше я уж буду действовать сама.

— Удачи, — пожелал Валерий Дмитриевич. — Только вы уж информируйте нас, пожалуйста.

— Непременно, — пообещала Лариса и вышла из его машины.

Она пересела в свою «Вольво», видела, как Соболев резко тронулся с места, и отметила, что он, несмотря на приличное количество выпитого, повел машину довольно уверенно. Когда его «Ауди» скрылась за поворотом, Лариса поехала домой.

Игоря Осокина распирала жажда деятельности. Он ходил из угла в угол по своей комнате и без остановки бубнил, убеждая лежавшую на диване Алену:

— Нет, но ведь нужно же что-то делать! В противном случае все раскроет эта директорша ресторана!

— Ну и что? — лениво откликнулась Алена.

— Как ну и что? Тебе неинтересно, кто прихлопнул брата твоего шефа?

— Не-а, — так же лениво ответила Алена. — Зачем это мне?

— Я не понимаю таких людей! — всплеснул руками Осокин. — Не понимаю!

— А я не понимаю, зачем ты рыпаешься? Тебе что, газеты своей мало?

— В том качестве, в каком я присутствую в ней сейчас, — мало! — упрямился Осокин.

— Ну и расти, — невозмутимо продолжала Алена.

— А ты что, сама всю жизнь собираешься быть секретаршей?

— А может, тебя это устраивает, потому что твой шеф в тебе видит больше, чем секретаршу?

— Ну, видит, ну и что?

— Так ты что, спишь с ним?

— Зачем? Он же старый… К тому же, по-моему, я его возбуждаю больше так, на расстоянии.

Услышав слова Алены, Осокин несколько успокоился и вновь углубился в проблему своего творческого роста.

— И все-таки что-то предпринимать необходимо, — задумчиво проговорил он.

Алена его уже не слушала, она включила плейер. И вдруг Игорь, подняв палец вверх, воскликнул:

— Точно! Нужно сделать именно это… Потому что альтернативы все равно нет.

Он порывисто прошел в другую комнату, оттуда в прихожую, оделся и вышел.

— Ну и что? — нахмурившись, спросил Сергей Титов, раздраженно глядя на Осокина.

— Как это что? — изумился Осокин. — Это может означать, что ваша жена состоит в сговоре с Соболевым. В преступном сговоре.

Осокин изучающе смотрел на Титова. Журналист, вообразив себя великим сыщиком и знатоком человеческой натуры, пытался определить, замешан ли сам Титов в этом деле.

— Это ваши нападки, — отмел Сергей домыслы Осокина.

Однако в душе Титова бушевала настоящая буря. Ему было совсем не наплевать, в каком сговоре и с кем находится его жена. И пусть даже не в преступном, а всего лишь в постельном. Это был момент, когда, казалось бы, флегматичный Сергей готов был вспылить.