Капризная игрушка

Мне ничего не оставалось, как снова убедиться в том, что подлость людская безгранична, — с пессимизмом закончил Лившиц.

— То есть у Романа были деньги? — уточнила Лариса.

— По-видимому, да, — ответил Лившиц. — Не знаю, откуда он их взял, только стал хвастаться, что теперь может издать все свои творения, а мы, мол, можем продолжать прозябать здесь.

— Вова, а когда это было? — быстро спросила Лариса, начиная волноваться.

— Это было в среду, — ответил Вова. — Мы как раз столкнулись в издательстве.

— А зачем он туда приходил, если у него были грандиозные планы покорения Москвы? — спросила Лариса.

— Ну, как же! Нужно же сообщить, что он теперь некто, а мы полные провинциальные ничтожества! Все абсолютно ясно! — безапелляционно заявил он, рубанув ребром ладони по воздуху.

Лившиц допил чай и, глянув на часы, заявил:

— Ровно через пятнадцать с половиной минут я ухожу — у меня мальчик! Супруга дала мне команду забрать его ровно в два часа! Ровно в два часа! — для пущей убедительности по-солдатски отчеканил он.

— Да, я наслышана о вашем мальчике, — улыбнулась Лариса. — И вот специально приготовила для него, — она достала из пакета заранее купленные в супермаркете торт, апельсины и коробку шоколадных конфет.

Лившиц переменился в лице, гордо приосанился и начал было протестовать, уверяя Ларису, что он хоть и бедный, но приличный человек. Однако Лариса буквально всучила ему свои дары и, выслушав на прощание кучу слов благодарности, вышла на улицу. Она уже примерно представляла себе, в чем дело.

— А их никого нет, — сообщила ей Алена. — Ни Владимира Алексеевича, ни Валерия Дмитриевича.

— А я не к ним, — с улыбкой озадачила ее Лариса. — Я пришла к вам, Алена.

— Ко мне? — удивилась девица. — Зачем?

— Скажите, пожалуйста, в тот день, когда у Владимира Алексеевича пропали деньги, не приходил ли к нему Роман?

— Да, Рома приходил, — кивнула Алена.

— Вы видели, как он уходил? — переспросила Лариса.

— Да, он вышел в коридор, — недоуменно пожала плечами девушка. — А потом я следом вышла в туалет и видела, как он остановился возле лифта.

— А когда вы выходили, в секретарской кто-нибудь оставался? — спросила Лариса.

— Не-ет, — протянула Алена.