Капризная игрушка

 — Мне на него вообще плевать, ты знаешь, что мне никогда не нравился этот замшелый тип!

— Ты говорил, что тебе и Катя никогда не нравилась! — парировала Лиза.

— И это правда! Ты же знаешь меня — что там может нравиться? Задница толстая?

— Лиза, — умоляюще перебил ее Соболев. — Мы смотрим на вещи разными глазами. И я знаю, что ты гораздо чище и выше меня. С Катей все было просто и ясно. То есть она со мной спит — я плачу ей деньги! Все! Ни о каких чувствах и речи быть не может! Лиза, ты же знаешь, каких женщин я ценю! Ну разве можно подогнать под этот образ Катю? Даже с большой натяжкой нельзя!

— Но это та же самая проституция, только замаскированная! — не унималась Лиза.

— Да, ты права! Да, проституция! Да. Это вполне в Катином стиле. Но… — поднял палец Соболев. — Не забывай, что по профессии Катя все же не проститутка. Я брезгую профессиональными проститутками. Что же мне оставалось делать? Я нормальный здоровый мужик, одинокий. Баба сама на шею вешается. Почему я должен отказаться? Из-за ее мужа? Извини, но я далек от подобных моральных принципов! Их разборки — это их дело! В конце концов, если бы не я, она нашла бы кого-то другого! Подозреваю, что и помимо меня у нее была куча любовников! Мне, кстати, на это глубоко плевать!

— Только не думай, пожалуйста, что я тебя ревную, — холодно проговорила Лиза.

 — Конечно, меня от этой мерзости тошнит, но мне все это безразлично. Я тебе не жена и даже не любовница. Но вот высказать свое мнение как друг я имею право! Или ты меня уже и другом не считаешь?

— Лиза, я тебя очень уважаю, — тихо проговорил Соболев.

 — Понимаю, что ты хочешь сказать. Но, черт возьми, давай больше не будем говорить об этой коротконогой Катьке и вообще обо всей этой дурацкой истории! У нас много других тем для разговоров. Прошу тебя, Лиза, отбрось неприязнь ко мне, забудем все. И давай просто поговорим, безо всяких обид. Я… Я ведь соскучился по тебе, Лиза! Мы так давно не беседовали по душам…

Лиза вздохнула и с какой-то тоской посмотрела на Соболева.

Валерий уловил в ее взгляде бесконечную усталость. Неожиданно это придало ему уверенности в себе. Быстро опустошив еще одну рюмку коньяку, он резко поднялся и, став к окну, закурил.

— Лиза, — не поворачиваясь к женщине, произнес он. — Не отвечай пока и послушай. Я вижу, тебя что-то мучает. Думаю, ты не станешь отрицать, что я как друг всегда был безупречен по отношению к тебе. Таким и остаюсь. Поэтому ты всегда можешь обратиться ко мне с чем угодно. И еще, Лиза.