Карабинер (СИ)

– Что тебя беспокоит?

Ты! Торговля людьми… оружием… Как ты перерезал горло одним движением…

- Пытаюсь смириться. – Говорю на выдохе. – Привыкнуть к тому, кто ты.

Никогда не смогу привыкнуть. Его грехи будто на мне. Словно я сама убиваю и калечу всех этих людей.

- И как успехи? – Кажется, что он просто интересуется в шутливой форме, только я теперь знаю, что Зейд никогда не шутит.

- Пока никак. – Мужчина улыбается. Проводит ладонями по бёдрам, напрягая мышцы низа живота. Я не готова к близости физически, между ног немного садним после утреннего секса.

Спасает меня вибрация в кармане брюк Зейда. Он выуживает телефон и недовольно смотрит на экран. Я еле сдерживаюсь от того, чтобы не заглянуть в него.

Карабинер поднимает вызов и выходит из ванной, оставляя меня одну. Я привожу себя в порядок, принимаю душ, переодеваюсь в ночную рубашку и собираю волосы, после чего возвращаюсь в комнату. Зейд стоит на прикрытом балконе, но до меня всё равно доносится обрывок его гневной фразы.

- Не пойдёт на уступки, продашь его сына в Африку на рудники.

Кривлюсь и с головой забираюсь под одеяло. По всему телу пробегает леденящей душу озноб. Нет, я не смогу так. Только если ослепну и оглохну.

Перед глазами возникает маленький мальчик – сирота, его отбирают у родителей и отправляют в Африку. Сердце сжимается от жуткой картины.

- Ната? – Секунды и Зейд у постели рядом со мной. Убирает одеяло с лица и смотрит странно, вопросительно. Заметив, что у меня посинели губы и я вся дрожу, он касается лица и нежно гладит.

Если я расскажу, ей и Уго конец.

- Как вышла из тюрьмы, про договор с Уго… Про… ставки в тюрьме как быстро ты меня убьёшь. – Мужчина садится на постель, скользит пальцами по плечу, поддевая тонкую лямку ночной сорочки и спуская её, тем самым оголяя грудь, на которой тут же заострился сосок.

Зейд всегда знает, когда я вру, поэтому нельзя лгать.

- И всё? – Я как на детекторе лжи. Киваю. Надеюсь, что он ничего не заметит. Зейд забирается под сорочку и проводит пальцем по резинке тонких трусиков.

Онемевшими пальцами я берусь за трусики и не даю их снять. Не хочу лишаться последней преграды.

- У меня немного болит… там… после сегодняшнего. Честно. – Это не останавливает Карабинера, встретив сопротивление, он меняет тактику и тянет трусы на себя, разрывая резинку. Я подскакиваю на месте, потирая кожу.