Карабинер (СИ)

Я принимаю из его рук тяжёлую коробку и благодарю мужчину, чувствуя, как рука на моей спине начинает давить немного сильнее, чем до этого. Это нервирует. – Что ж, до свидания. Зейд, я заеду к тебе на следующей неделе, обсудим дела.

Мужчина исчезает в своём шикарным авто, а мы садимся в свою машину на заднее сиденье. Зейд сразу же закуривает, а я смотрю на коробку и не решаюсь открыть её.

- Если хочешь, выброси. – Бросает невзначай Зейд, но мне интересно посмотреть, что внутри.

Я распускаю бант, снимаю крышку и заглядываю внутрь.

Чувствую, что Карабинер смотрит вместе со мной.

Внутри лежала старинная, скорее всего антиквариат, рама с фотографией. Что-то подсказывало мне, что рама изготовлена из чистого золота. Страшно подумать, сколько она стоит. Но завораживало совсем другое.

В раму была вставлена наша с Зейдом фотография с ужина в особняке у Андреа. Мы стояли вместе, прижимаясь к друг другу. Выглядели мы абсолютно счастливыми, несмотря на то что никто из нас не улыбался.

Я смотрела вниз, слегка прикусив нижнюю губу.

Лицо так и сияло изнутри, щеки порозовели от смущения. Видимо я так реагировала на руку Зейда на своей спине.

Карабинер на фотографии серьёзно смотрел на меня, словно желая съесть. Была некая одержимость в его взгляде.

Это была первая и единственная наша совместная фотография.

- Это намёк, да? – Спрашиваю у Зейда. – Предупреждение, что он знает всё о тебе и контролирует?

Правый уголок губ Зейда приподнялся, мужчина посмотрел на меня с нежностью.

- Красивая фотография. – Он выдыхает горький дым и выбрасывает окурок в окно.

– Прав был дрыщ, камера тебя любит.

Иногда тишина говорит намного больше, чем слова.

Остаток пути мы молчали. Я пыталась угадать, кто этот загадочный мужчина, а Зейд что-то изучал в телефоне. После всего пережитого я не испытывала волнение, приняла как данность тот факт, что за Зейдом следят.

Машина привезла нас к частному самолёту. Мы поднялись на борт и сразу же пошли в спальную комнату. К моему удивлению, Карабинер заснул первее меня, откинувшись на кровати.

Он выключился, стоило ему лечь на кровати. Я примостилась рядом с ним и попыталась выдохнуть.

Какое-то время я прислушивалась к мирному сопению Зейду, а потом погрузилась сама в беспокойный сон. Когда проснулась, Карабинера уже не было в спальне, а самолёт приземлился в Риме и стоял у ангара.

Зейд успел переодеться в чёрный костюм и чёрную рубашку, вновь становясь воплощением агрессии. Мужчина снял лейкопластыри лица, игнорируя предписания врача.